Человек с лицом убийцы

Не обращая внимания на удостоверение Гурова, она, словно Матросов грудью на амбразуру, была готова костьми лечь перед дверью своего шефа, утверждая, что к нему нельзя, поскольку там «крайне важное совещание». Сыщик даже удивился такой ее преданности своей профессии. Однако убеждать он умел и, заверив секретаршу, что просто постоит в сторонке и подождет, пробрался в этот неприступный бастион, коим стал кабинет начальника департамента.

На тихо вошедшего внутрь кабинета Гурова никто из четверых мужчин, о чем-то яростно споривших над разложенными на столе чертежами, поначалу не обратил внимания.

А верховодил на этом собрании невысокий, сухопарый и смуглый мужчина с сединой в волосах. Гуров предположил, что это Салихов, и не ошибся. После нескольких минут спора с оппонентом седовласый начал переводить взгляд на своего соседа слева и уперся глазами в Гурова.

– Вы кто? И кто вас сюда пустил? – довольно жестко поинтересовался он.

– Полковник Гуров. Следователь по особо важным делам из Главка, – спокойно ответил сыщик.

Седовласый понимающе кивнул.

– Так, ребята. На сегодня галдеж закончен. Марш по своим местам, – проговорил он и повернулся к своему предыдущему оппоненту: – А тебе, Сергеич, повторяю: этот проект капремонта настолько вылезает за смету, что туда можно еще один дом засунуть.

Два дня на переделку, и больше слушать ничего не хочу!

Все трое участников совещания потянулись к выходу, словно и не замечая Гурова, стоявшего у стенки. В глазах у каждого из них сыщик увидел самые разные эмоции. Один уходил с облегчением и благодарностью, другой был задумчив, и только на лице Сергеича, как в открытой книге, читались злость и раздражение.

– А вы, как я посмотрю, довольно жесткий начальник, – улыбнулся Гуров.

– Может, и жесткий, но справедливый. Мы тут не Илоны Маски. У нас денег на то, чтобы делать, как нам хочется, нет ни фига, – поморщился в ответ Салихов.

По характеру, как и по внешности, начальник департамента капремонта был полной противоположностью Соловьева. На вопросы отвечал хоть и не с полной откровенностью, но не пытался юлить и не уклонялся от прямых ответов. Впрочем, про Киреева Салихов сказал то же самое, что и предыдущий собеседник сыщика – нет врагов, нет друзей.

Никто из подчиненных его не хвалит, но и не проклинает. Киреев был человек скрытный и близко к себе никого не подпускал. И это вновь натолкнуло Гурова на мысль: за что такого убивать? Тем более таким способом. Ладно бы еще в случайной ссоре или просто под руку попался… Но казнить?

– А вы долго были знакомы с Киреевым? – Гуров с интересом смотрел на своего собеседника.

– Да лет двадцать, наверное, – чуть задумавшись, ответил тот. – Павел здесь, в московском правительстве, под моим началом работать начинал.