Человек с лицом убийцы

Перезвони, как освободишься, – согласился заместитель прокурора.

А вот по служебному звонили из дежурки. Оказалось, что наряд там сменился уже после того, как Гуров прибыл на службу, и старлей, который тогда командовал нарядом, попросту забыл сказать сменщикам, что к «важняку» нужно пропустить журналистку, когда она придет. Именно об этом и поинтересовался у Гурова начальник новой дежурной смены – можно ли пропустить к нему Елену Лещук.

– Да, – коротко ответил сыщик. – Пропустите. Дорогу она знает. Пропуск я ей отмечу, когда закончим.

Пока в дежурке выписывали для Лещук пропуск и журналистка поднималась к Гурову в кабинет, сыщик уже успел пообщаться с Бондаренко. Заместитель прокурора сообщил, что порадовать ему на данный момент полковника нечем. В проверяемых сотрудниками прокуратуры медицинских учреждениях действительно была обнаружена недостача некоторых препаратов строгой отчетности, однако аминазина в этом списке не оказалось. С наличием и расходами этого препарата было все в норме, но Бондаренко не исключил, что аминазин могли не использовать для лечения больных, хотя отчитывались за применение этого препарата на пациентах. В общем, заместитель прокурора сообщил сыщику, что его ребята продолжают работать в медицинских учреждениях и «будут землю носом рыть», пока не удостоверятся, что все их выводы верны на сто процентов.

– Окончательный результат я тебе, Лев Иванович, через пару дней доложу, – завершил разговор Бондаренко. – Извини, но быстрее максимально точную и достоверную информации по аминазину добыть не получится.

– И на том спасибо, Богдан Львович, – поблагодарил его Гуров. – Не буду тебя тогда лишний раз беспокоить. Как только твои орлы все закончат, маякни мне про результаты.

– Договорились, – согласился зампрокурора и, попрощавшись, отключил связь.

В этот момент в дверь кабинет постучались, и, получив разрешение войти, в дверь аккуратно протиснулась Елена. Девушка сначала осмотрелась по сторонам, выискивая взглядом Станислава, к которому она относилась не очень дружелюбно из-за постоянных шутовских выходок Крячко, а затем принюхалась.

– А разве в рабочих кабинетах в полиции курить разрешается? – с хитрым выражением на лице поинтересовалась журналистка, когда убедилась в отсутствии Станислава. – Вы же сами за курение в неположенных местах людей штрафуете.

– Удивляюсь я вам, женщинам, – хмыкнул Гуров, не отвечая на вопрос. – Все-таки ваша физиология от мужской существенно отличается. И не только в плане первичных и вторичных половых признаков. Сколько раз уже убеждался, что нюх у женщин обычно намного острее, чем у мужчин. А вот слух у вас зачастую хуже.