Яков. Воспоминания (СИ)

Меня встретил хозяин, угодливо улыбавшийся неприятной улыбкой.

— Скажите-ка любезный, — спросил я его, — в каком номере только что уединилась парочка?

— Сударь, я не понимаю, — все с той же улыбкой прикинулся дурачком хозяин.

— Прекрасно Вы меня понимаете, — ответил я ему, пропуская в голос раздражение.

— Я не знаю, что Вы там себе вообразили, — упорствовал он, — но у нас приличное заведение. Ежели желаете комнату…

Мне надоело случать это вранье, и я ухватил его за ворот рубашки:

— Ну хорошо! Я из полиции! И советую Вам отвечать быстрее. В какой номер уединился господин средних лет с молоденькой девицей?

Он перепугался безмерно, заговорил сразу.

— Откуда же мне знать, что Вы полиция, — лепетал он извиняющимся тоном. — Может быть, муж какой-нибудь ревнивый! Они прошли-с в нумер шесть-с!

— Это там, где убийство было? — уточнил я.

— Точно так-с, — угодливо поклонился хозяин.

Я бросился вверх по лестнице. Надеюсь, я не опоздал и успею предотвратить еще одно убийство. Бегом поднялся на этаж, подошел к двери, прислушался. Два голоса, мужской и женский. Слов не разобрать.

— Дверь откройте! — заколотил я в дверь рукояткой револьвера.

— Минуту! — крикнул мужчина из-за двери.

За минуту можно убить человека. Да много для этого минуты!"

"Я ударил в дверь плечом, она распахнулась, и я ввалился в комнату с револьвером на изготовку.

И замер, с изумлением глядя на представшую передо мной картину. На кровати, в состоянии полуобморочном, сидела Анна Викторовна Миронова. А Петр Иванович в пальто и при шляпе, стоял перед ней на коленях, явно пытаясь привести ее в чувство. Рядом с Анной на кровати лежала спиритическая доска, объясняя, чем они тут занимались.

— Вы что тут делаете, черт подери! — воскликнул я изумленно и рассерженно.

— Яков Платоныч! — пролепетала Анна. — Я просто хотела… то есть, мы хотели…

Но ее сбивчивые объяснения вдруг прервал женский крик, донесшийся из коридора:

— Помогите!

Я бросился в коридор, влетел в комнату, откуда доносились крики, и увидел Пашу, привязанную к кровати за руки и ноги. Кроме нее в комнате не было никого. Негодяй скрылся, видимо, услышав, как я ломлюсь в номер, где были Мироновы.

— Отвяжите меня! — рыдала Паша.

— Где он? — на всякий случай спросил я ее.

— Сбежал! Развяжите меня!

— Девушку развяжите, — бросил я Петру Ивановичу, вбежавшему в комнату вслед за мной.

Анна Викторовна тоже сунулась было в комнату, но увидев такое зрелище, закрыла лицо руками и выбежала обратно в коридор. Я вышел вслед за ней. Нужно присмотреть, а то от подобных впечатлений можно и чувств лишиться.

Чуть позже мы все вчетвером сидели в той же комнате и беседовали.