Яков. Воспоминания (СИ)

В коридоре послышались шаги и громкие голоса. Какой-то мужчина требовал у городового, чтобы его немедленно пропустили в номер. Вот, кажется, и господин инженер пожаловал. Сейчас и познакомимся.

Хозяин номера почти что вбежал в дверь и остановился, глядя в недоумении на меня и вокруг. Был он представительный мужчина слегка за тридцать. Тщательная прическа и тонкие ухоженные усики выдавали в нем человека, неравнодушного к своей внешности и любящего производить впечатление на дам. Что-то ощущалось в нем этакое лощеное, слегка мне неприятное. Впрочем, выводы делать пока что определенно рано.

Однозначно можно было лишь сказать, что инженер Буссе был взволнован до крайности, почти на грани потери самообладания. Нервический тип, мне будет с ним нелегко.

Не говоря ни слова, Буссе первым делом кинулся к сейфу. Обнаружив, что тот открыт нараспашку, в полном ошеломлении повернулся ко мне:

— Как это произошло? Кто Вы?

— Следователь Штольман, Яков Платоныч, — представился я ему. — А Вы, как я понимаю, господин …

Легкий перестук каблучков в коридоре отвлек меня. Я повернулся к двери и замер. На пороге номера, взволнованная, слегка запыхавшаяся от быстрой ходьбы, стояла Анна Викторовна Миронова.

— Буссе, — закончил я фразу механически, не в силах отвести от нее глаз.

Она была… очаровательна. В легком пальто и кокетливой шляпке она показалась мне самим воплощением весны. И в этом номере, где только что произошло убийство, ее появление было…

Кстати, а что, собственно говоря, она делает на месте преступления? И почему пришла непосредственно за господином Буссе?

— Да, это так, — не заметив, что я отвлекся, подтвердил свою личность инженер, возвращая мое внимание туда, где ему и следовало находиться.

Я мысленно обругал себя и вернулся к работе.

— В Вашем номере произошло убийство, — сообщил я инженеру, лихорадочно проверяющему свои вещи на предмет, надо полагать, пропажи чего-либо.

— Спасибо, мне сообщили, — резко ответил мне Буссе.

Оставив его копаться в вещах, я позволил себе подойти к Анне. Как я ни старался сохранять сугубо рабочую сосредоточенность, улыбка появилась на моем лице против моей воли.

— Анна Викторовна, позвольте узнать, а Вы как здесь? — спросил я ее.

— Я тексты перевожу для Эрнеста Петровича, — ответила Анна с легкой улыбкой, не отрывая от меня глаз.

Показалось мне, или она тоже была рада видеть меня, пусть и при таких обстоятельствах?"

"Ну вот мне и ответ на мой вопрос о том, как зовут переводчицу. И несомненно, мою версию о соучастии оной в убийстве можно похоронить. Да и не жалко. Но вот то, что Анна Викторовна плотно и постоянно общалась с инженером Буссе, не приглянувшимся мне с первого же взгляда, было куда менее приятным.