Яков. Воспоминания (СИ)

Я не собирался отпускать этот дар Богов:

— Нет-нет, подождите! Хорошо, что Вы пришли. Вы проводите Анну Викторовну домой.

Лучше он, чем я. К тому же, и о репутации девушки следует подумать. Если в Затонске даже юные девицы осведомлены о моем прошлом, не стоит компрометировать барышню появлением вечером на улице в обществе дуэлянта и дамского угодника.

— С превеликой радостью! — от пущего усердия Коробейников аж в струнку вытянулся.

Ох, как же искренне это прозвучало! Для него и вправду радость оказать ей услугу. Тем более, что его Анна Викторовна уж точно не будет донимать своим несносным любопытством и неловкими вопросами.

Знал бы я тогда, чем закончится для них это провожание, сам бы отвел, плюнув на репутацию и прочие резоны.

Она послушно встала, надела шляпку:

— Всего доброго.

— Всегда рад Вас видеть, Анна Викторовна.

И не солгал ведь. Видеть и вправду рад всегда. А вот в разговорах мне следует быть осторожнее. Да и вообще в общении. Пока мне не поступил еще один вызов на дуэль, от папеньки или дядюшки.

Но до чего же она все-таки светлое создание! Даже удивительно, как в нашем не самом устроенном и довольно мрачном мире мог вырасти такой чистый ангел.

С утра пораньше, по дороге в управление я решил заглянуть в ломбард к Молчалину. Ни за чем конкретным. Так, побеседовать. А ну как вчерашняя их ссора с Прохоровым даст свои плоды?

Молчалин уже был за прилавком и беседовал с клиенткой. При виде меня разговор быстро свернул, прогнулся угодливо:

— Яков Платоныч! Чем могу служить? Заложить чего пришли? Или присматриваете?

— Да нет, — поддержал я нейтральный тон. — Мимо проходил, решил полюбопытствовать.

— Ну, любопытствовать — это ваша работа! — продолжал демонстрировать радушие Молчалин.

Его наигранная слащавость мне надоела:

— О чем же Вы спорили вчера с господином Прохоровым в доме Курехина?

— Помилуйте, какой спор? Мы же там вместе были!

— Да перестаньте! Я собственными глазами видел, как уже после этого вы друг на друга с кулаками кидались.

Слащавость покинула Молчалина напрочь:

— Это по нашим делам торговым. Бывает-с."

"Забавляли меня эти отсылки к «торговым делам». Упоминал их Молчалин каждый раз таким тоном, будто о тайне военной говорил, которая меня не касается, и знать которую я права не имею. Ошибаетесь, господин Молчалин. Если заинтересуют меня ваши торговые тайны, вы мне их выложите тут же. Только вот интуиция мне подсказывает, что они тут вовсе ни при чем:

— Что-то Вы скрываете от меня, господин Молчалин.

Он подобрался весь, стал переставлять вещи на прилавке, изображая занятость:

— Не понимаю вас.

Ишь, как нервничает. Аж руки дрожат. Пожалуй, он послабее Прохорова будет. И если еще надавить, может, что и расскажет.

— Ваш друг, Курехин, повесился. Его дочь убита.