Яков. Воспоминания (СИ)

— Какие новости? — спросил я Коробейникова, работающего за своим столом.

— Приезжал посыльный из отряда, — ответил он. — Объезжали южное направление, пока безрезультатно. Заночуют в деревне.

— Плохо, — ответил я. — У меня есть план, я отдам им деньги.

Коробейников уставился на меня в изумлении. Он ведь в первый раз услышал, что похитители выдвигали требования.

— Какие деньги? — спросил он."

"— Они требуют выкуп, — сообщил я, опуская на стол большой саквояж. — Выкуп они и получат.

Мой помощник осторожно заглянул внутрь чемодана, затем перевел на меня совершенно ошеломленный взгляд.

Надо думать, таких денег он не только никогда не видел, но и не представлял, что такие суммы вообще бывают.

— Настоящие? — спросил он слегка испуганно.

— Это только задаток, — испугал я его еще сильнее. — Гроховский живет в гостинице, и…

— Кто-кто? — не понял Коробейников.

— Да не перебивайте! — одернул я его резко. И продолжил излагать свой план: — Я пойду в гостиницу, Вы пойдете со мной, но так, чтобы Вас не узнали.

— Понял, — кивнул мой помощник.

— На передаче денег мы его и возьмем, — сказал я. — Только номера ассигнаций перепишите.

— Всех? — спросил Коробейников, с некоторым ужасом глядя на баул с деньгами.

— Ну, хотя бы по одной из каждой пачки, — велел я, устало опускаясь в кресло.

— Когда идем? — спросил Антон Андреич.

— Как только перепишете, так и пойдем, — ответил я ему.

— А может, кого-то взять? — предложил Коробейников. — Для подстраховки.

— Есть у меня один человек, — сказал я ему. — Он пойдет с нами в гостиницу.

Время, которое ушло у Коробейникова на то, чтобы переписать номера ассигнаций, я использовал для того, чтобы разыскать Франта и объяснить ему задачу.

Антон Андреич отправился в гостиницу заранее, переодевшись чистильщиком обуви. Он должен был устроиться на этаже, на котором был номер Гроховского, чтобы войти по моему сигналу. А Франт сопровождал меня от самого управления на некотором расстоянии, следя, чтобы люди Гроховского не решили забрать у меня деньги раньше времени. С этим обошлось, и я благополучно вошел в гостиницу с деньгами. Франт остался снаружи, чтобы следить, кто войдет следом, и прийти на помощь, если что.

Мы все продумали. Но и Гроховский все продумал, и за нас, и за себя.

Не зря же он был в таком авторитете среди Варшавских воров. Между этажами мне будто бы случайно заступил дорогу спускавшийся по лестнице поляк. Мы замешкались, одновременно пытаясь уступить друг другу путь, а в следующий миг, раньше, чем я успел понять, что эта остановка подстроена, моя голова взорвалась, и мир перестал быть.

Сознание возвращалось медленно и трудно. Первым пришло ощущение головной боли такой силы, что я немедленно захотел обратно не чувствовать.