Яков. Воспоминания (СИ)

Но если он сказал неправду? И зачем, спрашивается, он приходил в управление? Вполне возможно, вовсе не предложить свою помощь, а разжиться какими-нибудь сведениями.

Подойдя к оружейной лавке, я осторожно заглянул в окно. Хозяина за прилавком видно не было. Но лавка открыта. Где же он? В тире своем забавляется? Войдя и осторожно прикрыв за собой дверь, чтобы не хлопнула, я осмотрелся. Все было так, как я помнил по прошлому визиту: пистолеты и ружья, шпаги и сабли. Осторожно, стараясь не нашуметь, я открыл шкатулку, стоявшую на полке. В ней лежали какие-то бумаги, видимо, письма. И несколько пуль от штуцера, точно таких, как была вынута из спины мертвого нищего.

— Так вот что, господин Закревский, — сказал я, катая в ладони свинцовые шарики.

Что ж, это уже повод для ареста, особенно в совокупности с его ложью. Я оглянулся, надеясь найти еще какие-нибудь улики. Под прилавком лежал свернутый шелковый плащ, черный, с алым подбоем. Просто-таки для маскарада вещь. В этот момент дверь открылась и вошел мальчишка-посыльный.

— Господин Закревский! — громко обратился он ко мне.

— Тише-тише, — сказал я ему опасаясь, что хозяин дома услышит нас сейчас. — Ты чего раскричался?

— Вам письмо, — уже гораздо тише сказал мальчик, протягивая мне конверт.

Я выдал ему монетку за услугу, и он убежал, довольный. Я же осмотрел свою добычу. Небольшой конверт, почему-то черного цвета. Символично, однако. Внутри конверта оказалась короткая записка:

«Немедленно прибыть по известному адресу с облачением по всей форме и с оружием».

Так, облачение — это плащ, надо думать. А адрес, как видно, Разъезжая, пять. Что ж, и туда следует прогуляться, но сперва нужно арестовать Закревского.

Внезапно из тира донесся выстрел. Видимо, я был прав в отношении того, где находится Закревский. Не слишком, правда, удобно брать стрелка такого уровня в тире. Впрочем, он всегда вооружен, так что особой разницы нет.

Я осторожно приоткрыл дверь тира и замер. Меньше всего я ожидал увидеть то, что предстало моим глазам. Закревский целился из ружья, а у стены перед ним с совершенно растерянным лицом стоял Антон Андреич и смотрел на него с искренним изумлением.

— Господин Закревский, — сказал я, наводя на оружейника револьвер и обходя его так, чтобы мне было видно его лицо, — бросьте ружье. Не глупите, Антон Андреич, — бросил я через плечо Коробейникову, услышав, что и он достал свой револьвер и взвел курок.

— Послушайте старших, Антон Андреевич, — сказал ему Закревский.

— Два револьвера против одного ружья, — сказал я ему. — Не Ваша игра.

— Один револьвер, — усмехнулся он мне в ответ.

Коробейников спустил курок, но раздался лишь щелчок. Этот мерзавец каким-то образом умудрился разрядить его оружие. И собирался просто пристрелить, совершенно беззащитного.