Яков. Воспоминания (СИ)

Я смотрел ей вслед и чувствовал себя распоследним мерзавцем. Причем не за то, что ответил на нежный ее поцелуй. А за то, что обидел ее, за эти вот ее слезы. Я знал, что поступил правильно, как должно, но категорически не понимал, почему при этом я чувствую себя таким несчастным.

Вечером я, как всегда, засиделся допоздна с бумагами. Домой идти не хотелось. Да и чувствовал я, что сегодня вряд ли засну. В дверь кабинета медленно и осторожно зашел Коробейников. Похоже, он во всей полноте осознал, что натворил сегодня, потому что вид у него был виноватый и крайне несчастный:

— Яков Платоныч, — обратился он ко мне смущенно. — Что же это Вы засиделись? Дело ведь закончили.

— А вы что, — раздраженно спросил я, — взяли моду заботиться обо мне?

Коробейников сник еще больше:

— Из моих окон видно, что в кабинете свет горит. Ну, вот я подумал, вдруг что…

— Ничего, — улыбнулся я в ответ на неловкую его заботу, — идите спать.

Вздохнул. Посмотрел на меня длинно, не решаясь то ли что-то спросить, то ли что-то сказать. И, так и не набравшись смелости, поплелся к двери.

И уже в дверях затормозил, вспомнив:

— Посыльный принес для Вас письмо…

И он отдал мне маленький конверт, надписанный изящным, аккуратным почерком. Почерк мне знаком не был. Но я все равно знал, от кого это письмо. Знал это, видимо, и Антон Андреевич, потому что передумал уходить и присел у стола, ожидая, пока я прочту. Видимо, в простоте своей, он считал, что мне может понадобиться утешение. Уже, небось, и слова подбирал. Пришлось его выставить, твердо и недвусмысленно. В утешениях, особенно от моего юного помощника, я не нуждаюсь, и нуждаться не буду. Но и читать письмо при нем мне не хотелось. Наконец-то Коробейников ушел, третий раз пожелав мне доброй ночи, и я открыл письмо.

«Яков Платонович. Я очень прошу Вас забыть это досадное недоразумение, которое случилось между нами. Не утруждайте себя объяснениями. И пожалуйста, не ищите со мною встреч. Если Вы имеете хоть толику уважения ко мне, то исполните эту мою просьбу. Благодарю. Анна.»

Вот и все. Всего несколько строк. Даже меньше, чем я ожидал. И ни слова упрека, даже ни намека на него. И мне больше не нужно переживать и избегать встреч. Она сама станет избегать меня, я уверен. И это правильно. Это именно так, как должно.

Но я смотрел на это письмо и чувствовал, что солнце погасло.

Со вздохом я сложил его и убрал во внутренний карман. Достал из сейфа коньяк и рюмку, налил, посмотрел на свет. И залпом выпил.

Ночь обещала быть долгой.

====== Четвертая новелла. Сатисфакция. ======

Миновала осень, и зима вступила в свои права. Приближалось Рождество. Но меня это вряд ли могло заинтересовать. Полностью погрузившись в работу, я мало обращал внимания на смену времен года.