Яков. Воспоминания (СИ)

— С такими руками, да кошельки? Отпускай!

И прошел дальше в свой кабинет. Коробейников, наблюдавший весь цирк, заметил важно:

— Как Вы, однако, рассудили, Яков Платоныч! Как царь Соломон!

Я улыбнулся: мой помощник вместе с опытом набирался и смелости в общении, все меньше робея в моем присутствии. Я поощрил его храбрость:

— Неужели ирония, Антон Андреич? Наконец-то!

Настроение мое было приподнятым. Мы с Коробейниковым прошли в кабинет. Я занялся просмотром последнего, оконченного уже дела, убеждаясь, что все формальности соблюдены, и оно готово к передаче по инстанции. Коробейников разбирал свежую почту.

— Яков Платоныч, — окликнул он меня, подавая конверт, — Вам.

Знакомый почерк. Буквы, украшенные вычурными завитками. Аромат духов. Настроение сразу упало. Тогда, осенью, после злосчастной той телеграммы, Нина так и не приехала. Прислала мне письмо, объясняя, что не смогла, так как занята по поручению Императрицы. Затем последовало долгое молчание, за время которого я уже решил, что она все-таки позабыла обо мне. И вот новое письмо. Что ж, узнаем, что мне приготовило мое прошлое, которое я так хотел бы оставить в прошлом. Я раздраженно открыл конверт. Да уж, новости были раздражающими, право. Нина Аркадьевна не просто напоминала о себе. Она сообщала, что приехала в Затонск, где и поселилась в гостинице. И ждет встречи.

Что ж, видно придется встретиться с ней еще раз, ничего не поделаешь. Мне даже где-то любопытно было бы сейчас взглянуть на эту женщину, из-за которой я когда-то так потерял голову, что едва не провалил важное дело и поломал всю свою жизнь. А, впрочем, поломал ли? Благодаря тем событиям я, в результате, и оказался в Затонске. И, по прошествии времени, был благодарен судьбе за это.

В дверь вошел дежурный с докладом. В Михайловской слободке был обнаружен труп.

— Экипаж к подъезду, — приказал я.

И бросил письмо в ящик стола. Обязательно встретимся с Вами, госпожа Нежинская. Обязательно. Но лишь тогда, когда появится свободное время. А сейчас, уж простите, у меня новое дело.

Квартира в Михайловской слободке, где было найдено тело, производила гнетущее впечатление своей запущенностью. Видно было, что проживавший тут господин не был озабочен вопросами чистоты и порядка. Повсюду валялась разбросанная одежда, преимущественно, грязная. Стояли тарелки с засохшими остатками трапезы, валялись во множестве пустые бутылки. И дух был специфический. Чувствовалось сразу, что покойный пил много, а то и запоями.

— Здравствуйте, Ваше Высокоблагородие! — бодро обратился ко мне Ульяшин.

— Значит так, — он указал на труп мужчины, лежащий поперек кровати, как бы представляя его, — Набокин Савелий Ефремович.

— Причину смерти установили? — спросил я.

— Думаю, пьянство, — отрапортовал Ульяшин.