Дочь палача и театр смерти

Преодолев несколько сложных изгибов, женщина наконец-то спустилась к ущелью и остановилась перед шатким деревянным мостом. Мост был старый и скрипел, когда повозки катили по нему одна за другой. Магдалена быстро перешла на другую сторону. Она уже начала подъем, но ей вдруг стало до того дурно, словно она получила удар в живот. На лбу выступил холодный пот. Она едва успела забежать за какой-то булыжник и исторгла из себя скудный завтрак. Бледная и обессиленная, Магдалена подняла голову, и в этот миг мимо прокатила очередная повозка со стороны Шонгау. Женщина знала извозчика, но никак не ожидала встретить его здесь.

Это был Лукас Баумгартнер. Еще пару дней назад Магдалена приняла на свет его сына. Молодой извозчик, похоже, удивился не меньше ее.

– Ма… Магдалена? – проговорил он в явном замешательстве и остановил лошадей. – Что вы здесь делаете?

– Мне нужны стеклянные пузырьки для лекарств, – ответила Магдалена и выпрямилась, хоть и не вполне еще оправилась. – А раздобыть их можно только у лавочника в Сойене. Если б я знала, что ты тоже едешь в ту сторону, попросила бы подвезти.

Магдалена улыбнулась. В сущности, можно было не опасаться, что Лукас выдаст ее Бюхнеру и его людям.

Тем не менее она не стала раскрывать своей истинной цели.

– Видимо, не надо было так спешить, совсем из сил выбилась, – добавила она, пожав плечами. – Можно, я с тобой до Сойена доеду?

Лукас кивнул, но Магдалена заметила, что делает он это неохотно.

– Только придется подождать, пока крестьяне запрягут лошадей в повозку, – сказал он. – Придется немного подождать.

– Не имею ничего против. Мне все равно надо отдохнуть.

Магдалена опустилась на замшелый камень и стала наблюдать за работой крестьян.

Ее по-прежнему подташнивало, и она гладила себя по животу. Чтобы ребенок, еще даже не родившись, сыграл с ней такую шутку! Она глубоко вдохнула и благожелательно улыбнулась Лукасу. Но тот с хмурым видом отвернулся и занялся лошадьми. Магдалена решила, что его мучает совесть, так как ему следовало быть сейчас с женой и новорожденным. С другой стороны, он был вынужден работать, чтобы прокормить семью. И не сам ли он говорил, что скоро разживется деньгами? Быть может, эта поездка и была тем самым приработком, о котором он упоминал в тот день…

Когда лошадей наконец запрягли, Магдалена устроилась на облучке, в то время как Лукас с крестьянами шли рядом с повозкой и вели лошадей.

Кто-то щелкнул кнутом, и повозка со скрипом тронулась. Магдалена с любопытством заглянула в кузов, где стояло несколько связанных бочек. Узлы были довольно слабые, и бочки на крутом склоне угрожающе раскачивались.

– Что ты там нагрузил? – спросила Магдалена у Лукаса. – Надеюсь, ничего тяжелого, иначе все в реку скатится…

– Это вино, – пробормотал Лукас.