Сводный босс

Когда тощий пингвинёнок–официант, наконец-то, приносит счёт, я уже готов расплакаться от счастья. Эта семейка Осборнов меня порядком достала.

— Слава, разреши записать твой номер. Я достаточно неплохо знаю Лос-Анджелес, и мог бы стать твоим личным гидом по ночному Голливуду, — воркует мой теперь уже точно бывший приятель.

Ещё один, блядь, экскурсовод выискался. У первого ещё челюсть не зажила.

— Не стоит, Коди. Было приятно пообщаться с тобой и с твоей сестрой, — при упоминании Кариссы глаза матрёшки грозно вспыхивают, — но я как-нибудь обойдусь без экскурсий.

— Запиши тогда мой, если понадобится, — предпринимает последнюю попытку сохранить лицо этот жалкий лузер.

— Это ни к чему, — отрезает матрёшка. — Спокойной всем ночи.

Вот, блядь, кто ещё раз скажет, что русские женщины легкодоступны, лично плюну в рожу. Не было бы никого рядом, расцеловал бы. Чего стоит одно перекошенное лицо Коди. Моя девочка. Самая лучшая.

Когда мы выходим из лифта, не выдержав, начинаю лапать матрёшку прямо в коридоре.

— К тебе или ко мне? — шепчу ей в ухо.

— Ни то, ни другое, — зло огрызается матрёшка, скидывая с себя мои руки. — Может, Мисс Гуттаперчевые Ласты к себе пригласишь? Она вроде на это под столом и в СМСках намекала.

Ах ты ж Пуаро в мини-юбке, всё заметила!

— Матрёшка, — заискивающе блею, — ты чего?

— Ничего! — рявкает Сла-ва, и захлопывает дверь номера перед моим носом.

Ой, всё.

Минуту таращусь на закрытую дверь, наивно ожидая, что матрёшка скажет о том, что пошутила, но этого так и не происходит. Понурив головы, тащимся с младшим к себе в номер. Дверь решаю не закрывать на случай, если она одумается и всё же решит устроить влюблённому младшему свидание со своей красавицей-вагиной, и иду в душ. Пиздец, весь вечер держался любому кастрированному импотенту на зависть, и всё равно не угодил.

Простояв двадцать минут под душем, пытаясь унять праведный гнев, решаю пойти в номер матрёшки и как следует её отодрать за несправедливую обиду. Обматываюсь полотенцем и выхожу в комнату. Ну и херею на месте, потому что на моём роскошном траходроме в позе Данаи, ожидающей выпадения осадков, развалилась Карисса. Я бы с натяжкой назвал то, что на ней одето, бельём, потому что оно не прикрывает ни два коричневых соска, ни тонкую дорожку волос на лобке.

— Ты чего здесь делаешь? — хриплю.

— Не дождалась приглашения и решила сделать тебе сюрприз, — голосом Мерлин Монро урчит Карисса. Поднимается с кровати и всеми своими соблазнительными фунтами надвигается на меня.7c261c

Здесь я немного прихожу в себя от вторжения и уже более твёрдо говорю:

— Стой, где стоишь. Ты в этом сюда пришла?

— В платье, — растерянно бормочет.

— Вот его сейчас одевай и возвращайся к себе в номер.