Дорога в Китеж

Поднялся к себе в кабинет по задней лестнице, чтобы не проходить через приемную. Там, конечно, посетители, и не всем им следовало показываться.

Секретарь доложил, кто ожидает приема. Двух губернаторов и директора департамента министр велел подержать, жандармскому генералу назначить другое время, а председателя столичного съезда мировых судей впустить без промедления.

– Помните, как я говорил, что через девять месяцев родится младенец по имени «Новая Россия»? – спросил он, выходя навстречу Воронцову и крепко пожимая узкую вялую руку. – Сегодня раздался первый писк новорожденного. Через четыре дня крестины.

И принялся оживленно рассказывать об утренней аудиенции у государя. Бледное до прозрачности лицо посетителя оживилось, взгляд утратил обычную скорбность.

– Дай Бог, дай Бог, – повторял Евгений Николаевич, пытаясь улыбнуться, но губы отвыкли от этого мимического движения, их уголки всё норовили загнуться обратно книзу.

«Как он сдал, бедняга», – думал министр, зная о воронцовском горе. С другой стороны, делу это было на руку. Чтобы отвлечься от семейных бед, граф Евгений Николаевич весь отдался общественному служению, пользы от него было много, а в скором будущем сей имам либерализма понадобится еще больше.

– Это прекрасно! – воскликнул Воронцов, дослушав. – Великое событие, великое! Но ведь и я к вам по тому же поводу. Вы неоднократно говорили, что государь не решается вводить в нашей огромной, плохо контролируемой стране народное представительство, опасаясь непредсказуемых последствий. Я придумал способ продемонстрировать его величеству, что ничего ужасного не произойдет. А заодно можно провести опыт избирательно-депутатского механизма на сравнительно небольшой и превосходно контролируемой площадке.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересованно молвил Лорис, искоса посмотрев на каминные часы.

– Нужно в целях эксперимента учредить выборный орган от столичного населения. При градоначальнике. Точно так же, как потом будет работать предпарламент при императоре. Процент умных, образованных, европейски развитых людей в Петербурге очень высок. Можно не сомневаться, что состав получится отменным. Государь понаблюдает за работой депутатов и уверится, что Россия вполне созрела для парламентаризма.

– Превосходная идея, – одобрил Михаил Тариэлович, мысленно прикидывая, в какую обертку можно завернуть эту пилюлю. «Особое совещание при градоначальнике»? Пожалуй. Звучит нестрашно. Может пройти. С другой стороны, не раздразнит ли это гусей?

Он еще раз посмотрел на часы, и на сей раз Воронцов это заметил. Извинился, что занял столько времени, поклонился, направился к выходу.