Дорогой Джон

На первом курсе университета. И я верила, что люблю его.

— А теперь ты уверена, что не любила? Саванна долго не отвечала.

— Нет, не уверена, — тихо сказала она. Я посмотрел на нее.

— Если не хочешь говорить…

— Все нормально, — остановила меня Саванна. — Просто тяжело. Я пыталась об этом забыть, даже родителям не говорила. Вообще никому. Такая банальная ситуация, прямо неловко. Наивная провинциалка из маленького городка приезжает в университет и встречает симпатичного старшекурсника, к тому же председателя студенческого землячества. Он популярен среди студентов, богат и красив. Маленькая первокурсница покорена тем, что этот полубог снизошел до нее. Он обращается с ней как с особенной; видя, как завидуют другие первокурсницы, провинциалка начинает верить в свою исключительность. Она соглашается поехать праздновать Новый год в один из увеселительных пригородных отелей в компании полубога и его друзей, хотя ее предупреждают, что чувствами там и не пахнет и что донжуанский список ее избранника насчитывает не одну зарубку на спинке кровати. — Саванна закрыла глаза, словно собираясь с силами. — Она поступает вопреки советам друзей, данных из лучших побуждений. Провинциалка не пьет спиртного, и полубог с готовностью приносит ей содовую. Отчего-то провинциалке становится дурно, и он ведет ее в дальнюю комнату — прилечь. Не успевает она и глазом моргнуть, как оказывается в постели и едва успевает отвечать на его поцелуи. Сперва ей это нравится, но дурнота не проходит, комната просто кругом идет, и только много позже ей придет в голову, что кто-то — может, и полубог — подсыпал что-то в содовую, желая сделать новую зарубку на спинке кровати. — Она заговорила быстрее, почти захлебываясь словами: — Он начинает тискать ее груди, рвет платье, трусы. Он лежит на ней, такой тяжелый, что его невозможно оттолкнуть или спихнуть. Она чувствует себя беспомощной, хочет остановить его, потому что никогда не занималась этим прежде, но у нее так кружится голова и заплетается язык, что она не в состоянии позвать на помощь. Так бы все и получилось, как он задумал, если бы в комнату не зашла другая пара. И вот она неверными шагами плетется вон из комнаты, придерживая платье, кое-как добирается до туалета и плачет там. Заходят другие девушки, приехавшие на вечеринку, видят размазанную тушь и разорванное платье и, вместо того чтобы поддержать, смеются над ней, говоря, что она прекрасно знала, к чему клонилось дело, и заслужила все и даже больше. Тогда она звонит другу, который прыгает в машину, мчится к отелю, забирает ее и везет в общежитие, ни о чем не расспрашивая.

Я сидел, замерев от гнева. Я не святой, но ни разу в жизни мне и в голову не приходило принудить женщину к близости против ее воли.