Двойник Короля 7 (СИ)

Худощавый, с острыми скулами и вечно напряжённым взглядом. Рядом с ним стоял Воронов — плотный парень с простоватым лицом и хитрыми глазками.

— Разрешите? — спросил Рязанов, кашлянув.

— А, наши герои вернулись! — приветствовал их Сосулькин. — Входите, господа, занимайте места.

Они представились перед классом и коротко сообщили, что прибыли из госпиталя после нападения на часть. Рязанов говорил скупо, только факты. Воронов же пытался придать себе значительности, выпячивая грудь и надувая щёки.

Их взгляды остановились на мне, и глаза расширились от узнавания. Я лишь слегка кивнул, показывая, что тоже помню обоих. Рязанов сдержанно ответил тем же, а Воронов растянул губы в неуверенной улыбке.

Они прошли через класс и заняли свободные места рядом со мной. Сосулькин, заметив это, улыбнулся и кивнул Рязанову, который никак не отреагировал на этот жест.

Урок продолжился. Майор рассказывал о сигналах управления в бою, взаимодействии с артиллерией. Я мысленно отмечал, что его объяснения слишком академичны — много теории, мало практики. Так говорит человек, который изучал войну по книгам, а не прошёл через неё сам.

Наконец, звонок возвестил об окончании занятия. Курсанты с облегчением поднялись с мест и потянулись к выходу.

— Магинский, — окликнул Воронов, поравнявшись со мной в коридоре. — Давно не виделись.

— Так точно, — кивнул я. — С поезда.

— Мы тогда только прибыли, — начал Фёдор, похлопывая себя по груди. — Первый инструктаж, тренировки, и тут — нападение на часть.

Его глаза загорелись, когда он принялся расписывать подробности:

— Турки и монстры. Много полегло тогда, но я сражался аки горный лев! Выскочил из казармы, когда услышал первые выстрелы, и сразу к оружию. Схватил автомат и двух уложил. Следом магия, а у меня она сильная. Поставил стены, защитил солдат. Даже к награде хотели представить, но я отказался.

Рязанов, стоявший рядом, скривился, словно от зубной боли.

— Не слушай его, Магинский, — сказал он тихо. — Всё было иначе. Солдаты и офицеры пытались нас прикрыть, но долбаные степные ползуны всех отравили. Никто двигаться не мог.

— А Воронов? — уточнил я, хотя уже догадывался об ответе.

— Просто лежал парализованный всю битву, — фыркнул Рязанов. — Как и большинство из нас.

Тот мгновенно вспыхнул:

— Неправда! Я одну тварь убил!

— Она уже была мертва, — отрезал Рязанов. — И тогда ты, герой, набросился на её труп с ножом и три раза пырнул. В падали ковырялся.

Губы Воронова сжались в тонкую линию, лицо покраснело от возмущения. Он явно хотел что-то возразить, но передумал. Вместо этого бросил вопрос:

— А ты где был, Магинский? Почему не приехал сюда? Небось с девкой своей развлекался, пока мы с этими тварями сражались, убивали врагов и защищали страну.