Ее монстр

Платформу от жесткого удара о землю, а меня от участи обезглавливания, когда среагировавший на кувырок тела ошейник сожжет шею, спасла воздушная подушка. Подняв тучу песка, она аккуратно опустила конструкцию, позволив мне удержаться. Когда пыль осела, а я отдышалась, перестав захлебываться воздухом, транспортника над моей головой уже не было – он ушел в сторону и завис рядом с верхушками столпоподобных кристаллов на границе леса.

Неловко из-за дрожащих от напряжения ног, едва ли в полной мере ощущая свое онемевшее от удара тело, я огляделась, присматриваясь к окружающему миру.

Парализованное испытанным ужасом сознание с трудом реагировало на сигналы внешней среды. Несколько раз с усилием сжала веки и потрясла головой, прежде чем начала толком видеть и слышать. Сердце все еще стучало в груди как ненормальное. Наконец поняла, что нахожусь с другой стороны леса, на холмистой равнине, где…

Где была последняя стоянка амиотов!

Теперь это место выглядело иначе. Изрытая глубокими воронками земля, покрытая трещинами почва… поле боя. Страшное свидетельство жестокости и целеустремленности, с которыми военные пытались вернуть тех, кого не смогли удержать и не научились контролировать.

С трудом сглотнув вставший в горле сухой ком, примечала новые и новые следы безжалостной расправы. Знал ли прежде этот мир такое губительное воздействие? Сумеет ли планета восстановить практически выжженный фрагмент собственной территории?

Все быстрее крутя головой, я страшилась увидеть, но с неизбежной обреченностью искала другое… Тела! Последнее свидетельство победного преследования амиотов.

Как ни всматривалась, не увидела даже фрагмента совершенных оболочек эдаити.

Их все же поймали?..

Горечь затопила душу. Все зря. Кин пленен. Я же обречена.

Намеренно, в знак наказания оставлена здесь до ближайшего появления розового светила? Такие мысли пришли в голову. Мне предстоит погибнуть жуткой смертью, а ему… прожить жизнь, наверняка куда худшую, чем любая смерть. Для эдаити. Какой бы короткой она ни была…

Громогласный, мгновенно узнанный и такой невероятной силы рев, прокатившийся над долиной, заставил подпрыгнуть на месте. Сердце совершило кульбит, грозя выскочить из груди. Распахнув склеенные слезами веки, обернулась на зов.

Беглецы стояли на одном из дальних холмов – я не видела лиц, но невозможно было не узнать статные и мощные, как на подбор, фигуры эдаити на фоне горизонта.

Одуревшее от облегчения и счастья сердце снова неистово заколотилось о ребра. Да, живы!

Взгляд, сместившись, поднялся выше. В тысячный раз за сегодняшний день обмирая от ужаса, я увидела зависшие над ними штурмовые корабли. Они фактически окружили добычу. Ведь это была настоящая безжалостная охота на недавних пленников.