Экстрасенс разбушевался

— Спасибо, но ответ «нет».

— Молодых и умных хватает, а целитель в СССР один. Меня ждут дети, которым помогу только я. Извините за нескромность, но это так.

— Жаль, — сказал он, — но настаивать не стану. Благодарю!

Он протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал.

— Есть просьбы, пожелания?

— Хотел бы улететь в Минск. Если можно, сегодня.

— Займись! — посмотрел президент на Кержакова.

…Во Внуково меня доставили на «чайке». Мы въехали на летное поле и подкатили к Ан-24 с работающими двигателями.

— Поспешите! — сказал провожавший меня Кержаков. — Из-за вас рейс задержали.

Он лишь отмахнулся. Я пожал ему руку и поднялся по трапу. Бортпроводница немедленно закрыла за мной дверь и указала на место в первом ряду. Не знаю, что подумали пассажиры, но меня они встретили любопытными взглядами. Что за хмырь в джинсе, из-за которого задержали вылет? На важную птицу не похож. Я принял независимый вид и плюхнулся на сиденье. Самолет стал выруливать на взлетную полосу.

Летели два часа. «Ан» это не «Ту», медленный, зато прибыли в Минск-1. Этот аэропорт в черте города, если кто не знает. В XXI веке его снесут и застроят площадку домами, но пока порт принимает и выпускает самолеты. Пользоваться удобно – прибываешь прямо в город. К своему дому я добрался на троллейбусе. Вот и знакомый подъезд. Странное чувство. Вроде недавно уезжал, а входишь, как в чужой. Никто не встретился мне на лестнице – ну, так время рабочее. На часах еще восемнадцати нет. Я открыл дверь ключами и переступил порог. В квартире стоял нежилой дух – спертый, неприятный. Я прошел к окну в зале и открыл створку – пусть проветрится. Пахнуло свежестью – в Минске недавно прошел дождь. Не успел решить, что делать дальше, как требовательно и протяжно зазвонил телефон. Межгород. Неужели из Москвы? Я подошел к аппарату и снял трубку.

— Только порог переступил.

— В Москве задержался – дела были.

— Знаю я про твои дела, — зловеще произнесла жена. — По телевизору видела – целый день в новостях показывали. Ты мне что обещал, Миша? Какие клятвы давал? Что более никогда и ни за что. А сам? Зачем ты в Белый дом полез? Да еще автомат взял?

— Это я шутил. Автомат не мой, одолжил для съемки. Журналисты попросили.

— Пошутил, значит? А вот здесь приняли всерьез. Ко мне Серков приезжал. Очень недовольный: гражданин Аргентины влез в дела другого государства. Как это отразится на отношениях с СССР? Говорил, что будут неприятности. А кубинцы радовались. Услыхали твое «венсеремос» и «патриа о муэрте», до потолка прыгали. Кричали: «Вива, команданте Мигель! Вива!» Это они тебя подбили?

— Нет, любимая. Сам.

— Под пули лезть? Час назад показали в новостях покушение на Ельцина. Ты с ним рядом стоял. Я, как увидала, к телефону бросилась.