Экзамен на зрелость
Нечего сказать, обрадовал и озаботился коллега из Канцелярии безопасности.
Теперь Алексей знал точно, что жара Баку – это так, и не жара вовсе. Нет, он конечно же слышал о море песка в безводных пустынях, но и помыслить не мог, что доведется испытать все их прелести на собственной шкуре. Оно бы ну его к ляду, такое веселье. Но ничего не поделаешь, ему оставалось только выполнять приказ.
Савин слишком хорошо помнил, каково это, своевольничать будучи на службе в канцелярии. Некогда им же завербованный молодой повеса, князь Туманов, нынче не то что в чинах великих, он у самого Петра Алексеевича в ближнем кругу.
А тем временем сам Алексей ходит только поручиком, да еще при этом каждый раз рискует своей шкурой. Оно, может, все и сложилось бы по-иному, окажись у него натура поуживчивее и не будь он таким непредсказуемым. Но куда там. Вроде и императора от смерти верной спас, а вместо благодарности получил по шапке. Вишь ли, не взял татей живыми.
Удумали иезуиты выкрасть саглиновского умника. Нагнал. И умника с супругой спас, и даже ни одного татя не убил.
И опять вместо благодарности получил по шапке. Мол, не годится сержанту особой роты, позабыв про долг и подчиненных, бегать за шпионами со штуцером наперевес. Он командир, и его дело в первую очередь думать, как с людьми управляться.
Словом, погнали его из особой роты поганой метлой, прямиком в Англию. Правда, дали звание прапорщика. Но Ушаков твердо заявил, что это на будущее.
Но новый начальник Алексея, Ардынцев, был иного склада. Он любил детально прорабатывать операции и требовал неукоснительного следования плану. Надо заметить, продумывал он все весьма толково. Вот только в жизни оно всяко по писаному не выходит.
Как и намечалось, Алексей поступил в армию Надир-шаха, благо в войске имелась постоянная потребность в хороших бойцах.
Вроде все сделали как полагается, а подобраться к Надир-шаху не получалось.
















