Это случится не завтра

 – В московском метро меня хотел убить профессиональный киллер. Если бы не ФСБ, я была бы уже мертва.

– Я слышал об этом от Ланса. Он говорит, тебя забрали на Лубянку.

– Мне жаль, Ева. Представляю, какого ужаса ты натерпелась.

– Да, это был кошмар. Но виновата целиком и полностью я сама, ведь именно я настояла на том, чтобы ехать в Москву.

Ричард отводит глаза.

– Сейчас это уже неважно. Расскажи подробнее, что именно произошло.

Ева рассказывает. Метро, Лубянка, беседа с Тихомировым.

Она заканчивает историю, но Ричард никак не комментирует услышанное. Кажется, будто его внезапно очень заинтересовала одна из пришвартованных у причала лодок.

– То есть эту самую Фарманьянц арестовали? – в конце концов произносит он.

– Да, она в Бутырке. Насколько понимаю, это не лучшее место на свете.

– Правильно понимаешь. Это мрачное Средневековье.

– И я уверена, что она – одна из двух женщин, что убили Евтуха в Венеции. Тихомиров тоже так думает.

– Ричард, ты нанял меня, чтобы найти убийцу Виктора Кедрина. Так вот. Это молодая женщина. Зовут ее Оксана Воронцова, оперативный псевдоним – Вилланель. Бывшая студентка лингвистического отделения Пермского университета, получила приз по стрельбе, в двадцать три года ее обвинили в тройном убийстве. Завербовал и обучил ее Константин Орлов, бывший глава Управления С из СВР; под его руководством она стала киллером у «Двенадцати». Он вытащил ее из тюрьмы, сфабриковал ее смерть и создал для нее несколько личностей, а потом его самого убили, и вполне вероятно, что это дело рук самой Вилланель. Я отправлю тебе отчет по факсу в течение сорока восьми часов, если доживу.

– Ты всерьез считаешь…

– Взгляни на это с точки зрения Вилланель. Она скомпрометирована тем, что я столько на нее нарыла, ее подружка в Бутырке, и тоже в основном из-за меня. Кто, по-твоему, следующий у нее в списке?

– Люди, которые присматривают за тобой, – настоящие профессионалы. Ева, я тебе обещаю, это так. Ты, возможно, их не видишь, но они всегда рядом.

– Ричард, я на это надеюсь. Я чертовски надеюсь, поскольку эта женщина – реальная машина для убийства. Я стараюсь сохранять спокойствие, и мне более-менее это удается. Но я боюсь до чертиков. То есть я реально, б…, напугана. Я настолько напугана, что не могу даже думать о грозящей опасности и не могу принять необходимые меры, поскольку боюсь, что, если окажусь лицом к лицу с этой проблемой или начну всерьез ее обдумывать, меня просто разорвет. Ничего не попишешь.

Он разглядывает ее спокойно, как врач.

– Я не вернусь на Гудж-стрит, – добавляет она. – Никогда.

– Ричард, я вне игры. Говорю серьезно.

– Я тебя слышу. Но один вопрос можно задать?

– Где ты собираешься провести следующие десять лет?

– Я хочу быть живой.