Фея с золотыми зубами

– Сначала заорала, попыталась меня ударить, потом заплакала и убежала. Это ее обычная реакция, она всегда улетает ракетой, предпочитает скрыться с глаз долой. Следующая стадия: совместное чаепитие и лобзания. Нехорошо так говорить о подруге, но Лиза типичная истеричка. Ее первое желание: излить гнев, поддаться чувствам, а потом – все забыть и помириться.

– И давно Елизавета поднялась в спальню? – спросила я.

– Ну… не помню, – призналась Соня, – у меня голова заболела, весной я плохо себя чувствую, организм перестраивается. Заснула здесь.

Я не стала слушать Соню, побежала по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, ворвалась в комнату вдовы и поняла: Лизы тут нет.

– Наверное, в ванне плещется, – сказала следовавшая за мной по пятам Соня, – слышишь, вода льется.

Я навострила уши, уловила тихое журчание и деликатно постучала в дверь в ванную комнату.

– Лиза, пожалуйста, выйди.

В ответ тишина – вдова не возмущалась, не орала: «Отстань». Она молчала. У меня затряслись руки.

– Мама, – по-детски прошептала Соня, – надо ломать дверь. Вдруг Лизке плохо?

Я нажала на бронзовую ручку, та легко опустилась, створка открылась. У меня остановилось дыхание. Любой оперативник великолепно знает: если, прибыв в дом, в ответ на слова: «Открывайте, милиция», – не слышишь ответа, а дверь почему-то не заперта, внутри тебя ждет беда.

– Заходи первой, – прошептала Соня, – я боюсь.

Я сделала пару шагов и замерла. Ванная комната Лизаветы поражала великолепием. Она была отделана бело-розовым натуральным мрамором. Огромное окно, скрытое бордовыми гардинами, невероятных размеров умывальник, заставленный рядами флаконов, пузырьков и баночек. Сама ванна напоминала мини-бассейн, она была вделана в пол. Вниз вело несколько ступенек, Елизавета лежала в воде. Рыжие вьющиеся волосы казались темными, лицо было скрыто под водой.

Соня издала булькающий звук и отпрыгнула к унитазу, я вытащила мобильный, нажала на кнопку быстрого набора и попятилась назад в спальню.

…Примерно через час Зоя спустилась в гостиную, где на диване, тесно прижавшись друг к другу, словно куры на насесте, сидели мы с Соней, и буднично сказала:

– Елизавета вскрыла вены на руках и ногах. Поскольку в ванну постоянно поступала горячая вода, точно определить время смерти сложно. Но мы знаем, что Ласкина поднялась к себе часа два назад, похоже, она сразу совершила самоубийство.

– У современной женщины редко можно найти бритвенное лезвие, – прошептала я, – теперь выпускают станки с двойными, тройными головками, такими нельзя вскрыть вены, а для всяких карандашей имеются точилки.

– Разве я сказала про бритву? – удивилась Зоя. – Елизавета прибегла к помощи железной пилки для ногтей. У этого маникюрного прибора очень острый кончик, прямо как нож.