Галоша для дальнего плавания

И что я Марине скажу, когда она обнаружит, что кулона нету?

— Слушай… этот Виталик, — запинаясь, заговорил дядя Вася, — ты ничего за ним не замечала?

— Да просто противный очень и нахальный! — выпалила Маша. — Я с ним стараюсь не общаться! Да и некогда, у нас такие дела творятся! Мамин загородный дом сгорел, так они как ночью туда уехали, так до сих пор и не вернулись…

— Дом, говоришь, сгорел? — насторожился дядя Вася. — И собаку задушили? А до этого ничего не случилось?

Маша пожала плечами и рассказала нам про крысу. Третьего дня мама пришла страшно злая и велела Дарье Ивановне отдать в чистку светлое кашемировое пальто. А потом погиб Кузя, и Дарью Ивановну уволили, так что пальто пришлось нести в чистку Маше.

— Так-так… — дядя Вася смотрел очень серьезно, — вот что, девочка, ты будь поосторожней. Одна поздно не ходи, а лучше вообще дома пока посиди.

— Как, интересно? — встрепенулась Маша. — У меня же занятия! Курсовую надо писать, с преподавателями консультироваться.

— Мобильного у тебя сейчас нет? — Василий Макарович заговорил увереннее, стало быть, принял решение. — Ах да, украли же вместе с сумкой… Тогда вот что! — Он вышел в другую комнату, откуда тотчас раздалась возня — это Бонни пытался проникнуть к нам, чтобы поглядеть на Машу.

Вернувшись, дядя Вася протянул нам руку, на ней лежала маленькая кнопочка.

— Это маяк, если будешь носить его при себе, он укажет нам твое местонахождение.

— Как интересно! — хором воскликнули мы с Машей.

Сегодня на ней было коротенькое серо-рябенькое пальтишко с большими черными пуговицами. Дядя Вася высверлил одну пуговицу изнутри и приклеил туда маячок.

— Если все в порядке, то он молчит, а вот если, не дай бог, что с тобой случится, сразу нажимай вот тут! — Он показал где. — Тогда устройство заработает, и мы узнаем, где ты находишься.

В это время Бонни ворвался в комнату, и Маша не успела спросить, что же с ней может случиться. Бонни вел себя прилично и Маше очень понравился. Когда хочет, он умеет произвести впечатление на молодых девушек!

— Василий Макарович, чего вы боитесь? — спросила я, когда Маша ушла.

— Нутром чую — гнусная история, — вздохнул он, — уж поверь моему опыту — это на мамашу наезжают. Причем люди опасные, раз дом пожгли и сторожа убили. Для них все средства хороши. Имущества они мамашу уже лишили, любимой собаки — тоже, теперь остался только ребенок, то есть Маша…

— Не дай бог! — испугалась я, а дядя Вася постучал по столешнице.

— Ну что, так и будем продолжать в том же духе? — спросил Мишка Звонарев.

И хотя он задал вопрос вроде бы в пространство, его приятели прекрасно поняли, о чем идет речь.

Неразлучная троица — Звонарев, Силиконов и Каплер — сидела в кафетерии Университета искусств.