Господин Ректор

 — хмыкнула, а Стас широко улыбнулся, впервые с момента нашей встречи. — Когда над городом полыхнуло, учительница за руку тащила меня домой, чтобы на меня повлияли родители. Я идти естественно не хотела, так как в тот день на юбилей отца съехалась вся родня. Род у нас был не большой, но дружный, по большим праздникам обязательно собирались под одной крышей, и, естественно, я не хотела позориться перед всей семьёй и всячески оттягивала этот момент. — раскрыв сумку начала вынимать свечи и расставлять полукругом прямо на рыхлую мягкую землю. — Поможешь?

Сын кивнул, присоединяясь к расстановке свечей, вгляделся внимательней в бок одной из самых толстых свечек:

— Это имена? — дрогнувшим голосом с испугом в глазах, сердце сжалось.

Я не хотела расстраивать своего мальчика, правда, и возможно надо было выбрать любой другой день для этого урока о доверии. Но я всем своим материнским нутром чуяла, что это то что ему сейчас нужно. Он сбивается с пути, и я должна его направить.

— Да, сокровище, это имена. — кивнула я продолжая доставать из сумки всё новые и новые свечи, Стас присоединился, в молчании мы закончили нехитрую работу.

— Тридцать девять. — прошелестел его голос над моим плечом. — Все твои родные умерли в тот день? — прижавшись ко мне со спины, обхватив угловатыми пока ручонками и доверчиво устраивая голову на моём плече.

— Да, милый, в тот день я осталась одна. — ласково погладив судорожно сжатые большие ладони, показывая, что та боль отболела, и благодаря за поддержку. — Зажжём? — подмигнула я, повернув голову.

Сын кивнул, робко улыбнувшись в ответ.

В молчании зажгли магические свечи, которые прогорят, держа над пламенем имя.

Каждому по свече, в знак того что никто не забыт.

— Это был чудесный дом, с большими окнами, с садом и небольшой конюшней, с возможностью перелезть через калитку и сбежать в лес. Мои отец и мать, твои дедушка и бабушка, были очень компанейскими, почти всё время у нас кто-то гостил или просто соседские дети прибегали посмотреть на лошадок. Отец был конезаводчиком, мать магиня-погодница, её вечноцветущий сад и его аккуратные конюшни. — мечтательно закатила глаза вспоминая чудесное время. — Они были бы счастливы твоему появлению в семье.

 — проведя по нежной щёчке уставилась прямо в широко распахнутые глаза завороженно слушающего меня сына. — Ты был бы для них столь же любимым как для меня, и мне так обидно, что ты этого лишён. Они были чудесными родителями, но дедом с бабушкой стали бы просто сумасшедшими. — хихикнула я.

— Мне тоже жаль, ма. Но ты не думай, мне тебя хватает, правда. Нам и вдвоём хорошо. — торопливо проговорил он лихорадочно стискивая мою кисть.

Я усмехнулась, не желая поднимать пока набившую оскомину тему.