Господин Ректор

В ожидании пока ребёнок переварит поступившие откровения наблюдала за пламенем свечей раз за разом пробегая по именам.

— Потом долгое время всё было плохо, родной. Я сильно злилась на родных за то, что бросили, конечно, они не виноваты, но кому от этого легче? — снова улыбнулась подначивая сына, вспомнить ситуацию с кочевниками. — Оказалась на улице, дальняя родня постарались распродать всё поскорей пока. Меня приютили при Храме Богини Матери, но я постоянно сбегала и через какое-то время стала числиться пропавшей без вести, тем самым развязала руки остаткам семьи — поступили они по умному стоит признать, на случай если я всё таки объявлюсь всё что можно было продали и растратили.

А я и не вернулась, осталась на улице. Четырнадцать лет опасный возраст для девочки, поэтому я решила стать пацаном, вступила в банду, была карманницей, потом оказалось, что проще зарабатывать выполняя мелкие поручения, вроде посыльного, устроилась прислугой и решила поступать в Академию. А дальше Сэн, неземное счастье в виде тебя и остальное ты знаешь.

— Поверить не могу, ты воровала? Была в банде? — с восторженным ужасом разглядывал меня сын.

— Но но, это было на грани между жизнью и смертью, поэтому не считается. — погрозила я ему пальцем, чтобы не вздумал использовать как контраргумент когда я буду на него орать за что-нибудь.

— Да понятно. — небрежно отмахнулся он и снова с восторгом в глазах. — Нет, правда, ты же такая умная, ухоженная, воспитанная и вдруг в банде воришек!

— Было дело, да. Я этим не горжусь и тебе не советую. — сделала грозный вид, но в душе покатывалась со смеху восторгам сына.

— Тяжело было? — снова посерьёзнел Стас.

— Временами. — пожала плечами.

Сын нахмурился и тоже вгляделся в имена.

— Ты расскажешь мне о них?

— Когда-нибудь, обязательно. Сейчас ты должен понять, милый, я привыкла быть единственной кто несёт ответственность. Ты взрослеешь и постепенно будешь часть ответственности забирать себе. Но не надо забирать всё и сразу, это не вопрос доверия или недоверия, это привычка. Побудь пока ребёнком, учись, гуляй, устраивай каверзы, наслаждайся. А я пока побуду взрослой.

Сын, сжав челюсти и нахмурив брови молчал.

Он молчал, когда свечи прогорели и я вознеся короткую молитву Царю Мёртвых, обхватив мозолистую ладонь сына потянула его к выходу из отравленного человеческой халатностью квартала.

Найдя возницу предложила выезд через час и повела молчаливо жующего губы отпрыска перекусить в настоящую таверну, где раньше подавали самое лучшее мясо во всех Крёзовцах.

Естественно меня никто не узнавал, но я старалась разглядеть и узнать кого-нибудь.

Усадила сына за стол, сама отправилась за стойку делать заказ.