Грёзы лунного света
Скажи что-нибудь, пожалуйста. – Его руки убрали волосы с моего лица. – Все будет хорошо, – услышала я его шепот. – Ты не умрешь, слышишь? Я этого не допущу.
Я бы с радостью ответила ему или хотя бы пожала плечами, но мое тело никак меня не слушалось. Я хотела лишь одного: спать. Мои мышцы обмякли, а веки опускались без моего участия. Раны, оставленные щупальцами медуз на моем лице, горели пламенем. Это наверняка было жуткое зрелище.
– Тебе нельзя засыпать сейчас. Твоя кровь должна оставаться в движении, слышишь? Ты должна двигаться! Поспать успеешь у эльфов. – Он прижал меня к себе.
Я пыталась хоть как-то бороться с усталостью. Краем уха я слышала ругательную тираду, которую он обрушил на Джоэля и Миро. Габриль неохотно передал меня в руки Миро.
– Скоро будет лучше, поверь мне, – прошептал он мне на ухо. – На суше ты снова сможешь двигаться. Только не засыпай, – и тогда я почувствовала губы Габриля на своем лбу. – Желаю тебе счастья, – сказал он. Шелликот уплыл, и я почувствовала себя совершенно одинокой.
Миро отнес меня на берег. Я хватала ртом воздух, приносящий скользкое тепло в мои легкие. Шелликот осторожно положил меня на мох.
Питер убрал волосы с моего лица, пока меня продолжало тошнить.
– Что ты опять натворила? – спросил Питер, протягивая мне носовой платок. Его ласковый тон заставил мое кропотливо поддерживаемое самообладание сломаться, и я больше не смогла остановить бежавшие по моему лицу слезы.
– Все уже хорошо, – Питер снял куртку, накинул ее мне на плечи и обнял меня. – Не важно, что случилось. Мы с этим справимся.
Я шмыгнула носом и кивнула.
– Надеюсь, – выдавила я.
Питер вытер мои слезы. Джоэль и Миро стояли рядом с Колламом. Тот оглядывал окружение, словно не понимал ни того, где он находился, ни того, как он сюда попал. Вода стекала с его лица, а он изо всех сил пытался встать на колени. Миро сжалился над Колламом и помог ему. Коллам благодарно кивнул.
– Вообще-то я не ожидал, что снова увижу свою кузину в таком состоянии. Что ты с ней сделал? Разве ты не обещал сделать ее счастливой? Сейчас она таковой и отдаленно не выглядит, – бросил Питер Колламу.

















