Японская война 1904. Книга 6

— Россия хочет торговать с Европой, а не подчинять ее себе, — возразил Борецкий. — Четкая граница и свое «сердечное соглашение» о колониях вполне могли бы стать основой для крепкого союза! Конечно, будут проблемы с обеспечениями безопасности торговых путей, но это все решаемо.

— Стоп, — я остановил споры, решив выделить главное. — Я правильно понимаю, что тот, кто активно начнет действовать сейчас, станет причиной формирования союзов, которые ему совсем не нужны? Что с нашей стороны, что со стороны наших врагов?

— Все верно, — кивнул Лосьев. — Поэтому наш главный вывод: пока ни одна великая держава не готова к продолжению конфликта, но у каждой есть способы давления, чтобы выйти на компромиссы.

— А большая война? — задал я последний вопрос, который иногда мучал меня по ночам. — Как вы думаете, что могло бы стать причиной, способной поджечь весь мир? Чисто гипотетически. Например, союз с нами Японии, полный контроль Китая…

— Это вызовет противодействие, яростное и кровавое, — выдохнул Брюммер, прикидывая перспективы. — Но только в рамках локальных конфликтов. Чтобы та же Англия пошла на то, чтобы ответить на удар в Азии атакой в Европе? Нет, для этого нужно что-то серьезнее.

Гораздо серьезнее.

— Например, если мы решим прогуляться в сторону Индии, — неожиданно, кажется, даже для самого себя ответил Бурков.

— А что? Все логично, — поддержал его Лосьев. — Если Японию или Китай Англия может нам простить, то за Индию будет биться до конца. И любыми средствами. Ради такого можно и Балканы поджечь, чтобы отвлечь нас с Германией, и напрямую двинуть силы через Персию и Афганистан…

Все замолчали, невольно представляя эту картину. Я вот тоже ни капли не сомневался, что именно так все и может быть.

И да, месть за Индию может сработать как канистра бензина в костер даже сейчас, куда там всяким убитым эрцгерцогам. Хорошо, что пока мы обсуждаем все это только гипотетически.

За последние недели она предотвратила два взрыва в новом корпусе Путиловского завода, и даже тогда она нервничала гораздо меньше, чем сейчас. Когда ее с Анной — хотя правильнее было бы сказать Анну, которая попросила разрешения взять Веру с собой — пригласили в Зимний. Ее старые товарищи дорого бы заплатили за один шанс оказаться так близко к царю, а вот ей даже делать ничего не пришлось.

— Я думала, мы приглашены вместе с обычными посетителями, — удивилась Анна, нервно бросив взгляд в сторону главного входа, который их экипаж оставил позади, даже не замедлившись.

— Николай Александрович, — молодой секретарь добавил торжественности в голос, — решил поговорить с вами, не привлекая лишнего внимания. Поэтому мы заглянем со стороны набережной. Сможете пройтись по коридорам, по которым когда-то еще Николай I выходил на свои утренние пробежки.