Искалеченные

 – Саламандровое бренди. Попробуешь, приятель?

– А почему ты не пьешь, Лин? – не обращая на него внимания, спросил Рэймонд.

Его вопрос прозвучал подозрительно спокойно, отчего невольно хотелось вжать голову в плечи.

– Я задал тебе вопрос, – Рэймонд достал из косухи пачку сигарет и чиркнул зажигалкой, задержав взгляд на пламени.

– Приятель, ты загнался, – бородач похлопал его по плечу. – Бери пример с Линдси. Она уже опрокинула стаканчик бренди.

– Значит, уже успела, – Рэймонд сделал затяжку, выпуская перед собой густое белое облако дыма. – Так, какое, мать его, бренди вы пьете? – он покосился на сидевшего рядом с ним бородача.

– Саламандровое, – с довольным видом ответил ему бородатый, протягивая стакан. – Яд саламандры имеет эффект, как экстази.

Так вот, почему мою кожу покалывало в присутствии Рэймонда, а внизу животу затянулся узел.

Между тем, Рэймонд потушил сигарету, так и не притронувшись к алкоголю. Он, не спеша поднялся с дивана, не спуская с меня пронизывающего взгляда, и обогнул столик. Вскоре он пропал из поля моего зрения, встав позади меня.

На моем теле каждый волосок встал дыбом, когда я почувствовала на задней части шеи его теплое дыхание.

Он положил ладони на мои плечи, и с моих губ сорвался глубокий вздох.

Я повернулась к нему лицом, столкнувшись с его темными завораживающими глазами. От его пристального взгляда и сурового вида я напряженно сглотнула, ощущая, как его пальцы сильнее сомкнулись на шее.

– Не представляешь, как ты меня разозлила, – Рэймонд прищурился, пока его ладонь обхватила мой подбородок, а большой палец надавил на нижнюю губу. – Не уверен, что успокоюсь, если разнесу тут все под чистую.

От его прикосновений полыхало каждое нервное окончание.

Я отчаянно жаждала обхватить его большой палец губами и вонзиться в него зубами.

– И что мне сделать, чтобы ты успокоился? – спросила я и невольно провела кончиком языка по подушечке его большого пальца. Рэймонд тут же низко прорычал и крепче сжал мою челюсть.

– Вы трахаться собрались? – спросил позади меня гитарист.

– Я бы посмотрел, – хмыкнул бородач.

– Я так и знал, что ты долбаный вуайерист, Сид!

Рэймонд отпустил мое горло, и я повернулась, наблюдая, как оба музыканта поднялись с дивана.

– Нам пора на сцену, – сказал гитарист. – У вас есть полчаса до нашего первого перерыва.

– Гандоны на столике, – усмехнулся бородач и закрыл за собой дверь.

Рэймонд тихо ругнулся и отошел от меня, словно ужаленный. Пока я боролась с волной возбуждения, разлившейся по моему телу, он измерял шагами комнату. Каждое его движение источало напряжение. Тусклый свет в гримерки обрисовывал его идеальные очертания.

Его сильные мускулистые плечи, отчетливо проглядывающие под косухой.

Его точеный профиль.