Твои

Я всю жизнь на вертолетном заводе начальником производства проработал, а по дереву в свое удовольствие занимался. Потом с тобой в мастерскую мою зайдем, я тебе покажу кое-что интересное.

— А вы можете ходить? — с сомнением уточняет Полина, опуская взгляд на безвольно повисшие ступни.

— Крольчонок… — предупредительно выдыхаю я, но отец Роберта успокаивающе поднимает руку: мол, не надо, все в порядке.

— Передвигаюсь только в этом кресле, кызым. Но «ходить» говорю по старой памяти.

— Давайте уже за стол сядем? — предлагает мать Роберта, начиная суетливо выдвигать для нас стулья. — Пока пироги не остыли.

— Да я сама-сама… — смущенно бормочу я, когда она пытается помочь мне сесть. — Вы такой стол для нас собрали… Садитесь, пожалуйста, отдыхайте… Или скажите, чем вам помочь. Мы столько часов в самолете сидели — я бы с удовольствием ноги размяла."

"Слова сыплются из меня легко и идут от души. Дорогой сюда я многого себе навоображала: что встреча пройдет как смотрины, где родители Роберта станут меня изучать и выискивать недостатки, и что они сходу попытаются задавать неудобные вопросы и даже вмешиваться в воспитание моей дочери… Много чего придумала, чтобы не быть застанной врасплох и суметь держать оборону, и при этом совсем не подготовилась к знакомству с людьми, которые из кожи вон лезут, чтобы произвести на нас с дочерью хорошее впечатление и которые как и я готовы расплакаться над ее рисунком.

— Не нужно ничего, — заверяет меня мать Роберта. — Кушайте хорошо. Я сама украинка, но почти сорок лет живу с татарином, и потому люблю, когда мои гости хорошо кушают.

* * *Украина. Сегодня вся любовь и поддержка российского населения с вами. Держитесь, мои девочки. Я буду стараться писать без выходных, чтобы хотя бы через слово пытаться вас поддержать. Обнимаю каждую из вас. Простите.

39

— Я собираю короны, — докладывает Полина с важным видом, что выглядит особенно забавно с учетом ее перемазанного вишней подбородка. — У меня их очень много. Я ношу их в садике и дома. Один раз в тихий час воспитательница хотела у меня забрать корону, но я не отдала. А потом приехала мама, поговорила с ней и мне стали разрешать в ней спать.

Роберт переводит взгляд с дочки на меня, откровенно забавляясь ее рассказами.

— Прочла лекцию воспитательнице? Мне ты такого не рассказывала, Рада.

— Я много чего тебе не рассказывала, — отвечаю я с шутливой легкостью и сдабриваю ее улыбкой. Все же мы сидим с его родителями, а я оказывается хочу произвести на них хорошее впечатление. Потому что эти люди неожиданно понравились мне.

Первые полчаса за столом я провела настороже: вдруг впечатление окажется обманчивым и таки посыплются укоризненные взгляды и неудобные вопросы? Но когда этого не происходило, начала понемногу расслабляться.