Твои

45"

"— Привет, Дашуль, — блондинка целует в щеку мою спутницу и, отстранившись, чтобы заново оглядеть ее, переходит на восторженное щебетание: — Ты смотрю снова в положении! Вот вроде совсем недавно родила… И вообще не меняешься — такая же стройная. Валю мою во время беременности прилично разнесло. А Адиль где?

— Адиль с Нурланом за мороженым пошли, — сдержанно отвечает Даша, неопределенно кивнув вглубь парка. — У тебя как дела? Все в порядке?

Судя по интонации и напряженной улыбке, она желает поскорее распрощаться со своей старой знакомой, но не знает, как сделать это вежливо. Здесь я с ней полностью солидарна. Лично у меня нет ни малейшего желания расширять круг своих московских знакомых до еще одного человека, тем более если это женщина, которой шесть лет назад Роберт изменил со мной да еще и с прекрасными последствиями в лице Поли.

Но Аня, судя по всему, не сильна в невербальной этике, а потому с удовольствием начинает рассказывать о смене места работы, о недавней поездке в Европу, и даже о том, что час назад урвала в бутике брендовые французские туфли с огромной скидкой. Моя персона явно не произвела на нее сильного впечатления, потому как она не предпринимает ни единой попытки взглянуть в мою сторону и представиться.

Даша терпеливо слушает ее, время от времени виновато косясь на меня, и с опаской — в сторону киоска с мороженым. Я же пытаюсь поймать дзен, повторяя как мантру: чему быть — тому не миновать.

Словесный поток Ани стихает благодаря Поле, на весь парк возвестившей об окончании операции «Купи мороженое на всех».

— Мам! Я взяла тебе шоколадное! — выкрикивает она, размахивая вафельным рожком как горящим факелом. — А Роберт выбрал фисташковое!

Роберт, держащий ее за руку, довольно скалится во все зубы, но заметив в нашей скромной компании третьего, заметно серьезнеет.

Вот теперь я наконец привлекаю внимание Ани. Сведя к переносице идеальной формы брови, она смотрит то на меня, то на припрыгивающую Полину, словно сводит в голове нужное уравнение.

Я машинально вскидываю подбородок. Пусть часть того, что она наговорила по телефону, я и заслужила, но при дочери позорить себя не позволю. Пусть попробует сказать хоть одно обидное слово в мой адрес — клянусь, ее укладка больше никогда не сможет лежать волос к волоску как сейчас.

— Привет, Анюта, — бодро здоровается подошедший Роберт и, опустив взгляд, треплет по плечу Полинку: — Пойдешь мороженое раздавать, зайчонок?

Оторвавшись от него, дочка впихивает рожок мне в ладонь, не переставая при этом возбужденно тараторить о том, в какой большой очереди они остояли. Я едва ли ее слышу, снова впав в мыслительную кому. Как бы я отреагировала на месте этой женщины, встреть я своего бывшего мужчину в такой компании? Не знаю.