Кайа. История про одолженную жизнь. Том 4. Часть 1
Ты просто не понимаешь, как и какими категориями мыслят люди, имеющие немыслимые капиталы, огромное влияние в обществе и еще большее чувство собственного величия. Если они по какой-то причине действительно захотят сделать так, чтобы ты страдала, то страдать начнут даже мышки и тараканчики, которые имели несчастье пожить в вашем родовом Имении. Не говоря уже о твоих друзьях и подругах. И нынешних, и бывших. А если они, к тому же, еще и не знатного происхождения, то…
— Мне все это было известно с самого первого дня нашего знакомства. — продолжила подруга. — Нельзя быть связанной с какой-либо из влиятельнейших Семей нашей империи, подобной твоей, и чтобы впоследствии, если разразится некий, скажем так, катаклизм, тебе, то в моем случае — мне, за это ничего бы не было.
— Ия, а не ты ли, блин, на днях едва метафорично не попала под колеса? Осторожная она… — пробурчал я.
— Я. — согласилась подруга и мило улыбнулась сквозь слезы. — Однако, помнится, в самый последний момент, одна моя любимая героиня без страха и упрека сумела-таки спасти меня из-под этих…колес.
— Ты играешь нечестно… — улыбнулся подруге я.
Меня прервал стук в дверь.
— Секунду, Ия! — сказал я собеседнице, после чего отключил микрофон устройства и громко сказал: — Войдите!
В гостевой покой вошла женщина-охранник, служащая нашему Семейству.
— Барышня! — торопливо произнесла женщина.
— Хорошо. Я сейчас. — ответил охраннице и та поторопилась выйти.
— Ия, мне срочно нужно уйти… — начал было я, но был перебит подругой.
— Кайа! Я послезавтра приеду в Петербург! Умоляю тебя, не принимай сейчас никаких скоропалительных решений! Утро вечера мудренее! Ты сейчас, совершенно очевидно, плохо себя чувствуешь, устала и на взводе! Но… Но если…
Ия заревела в голос.
— Хорошо.

















