Кодекс Охотника. Книга XXXII

Вслух же я сказал:

— Раз уж мы с тобой ведём милый диалог в лучших традициях блокбастеров, то, может быть, ты ответишь мне на один вопрос: чего такого ценного в этом мире для вас, Богов, если вы лезете сюда так упорно, что даже ради этого готовы сдохнуть.

— Сдохнуть? Мы же боги, мы не можем сдохнуть! — расхохотался Мудрейший, откинув голову назад.

— Ага, Морфей, наверное, тоже так думал, — хмыкнул я.

С громким бульканьем смех Мудрейшего прервался, и он злобно посмотрел на меня:

— Морфей был слабак и дурак, который слишком полагался на свою скрытность.

— Но он же тоже был Богом? А как ты говоришь, Боги бессмертны, — я не удержался, чтобы широко улыбнуться.

В ответ я почувствовал снова злость и ненависть, но к этому прибавилось ещё скрежетание зубов. Но Мудрейший величественно, как и полагается Богу, проигнорировал моё неудобное уточнение.

— Ты не узнаешь от меня нашу настоящую цель! — лишь буркнул он мне в ответ.

— А что так? — я уже не выдерживал, продолжал глумиться. — Пришёл тут убить «червяка». Так поделись перед смертью.

— Кажется, ты уже один раз умирал? — растянул губы в ухмылке Мудрейший. — Но твой долбаный Кодекс вернул тебя к жизни. В этот раз я поступлю с твоей душой немножко по-другому. Но меня не зря называют Мудрейшим. Я всегда оставляю процент на то, что что-то может пойти не так. Я тебя просто уничтожу, а потом уничтожу всех жалких людишек, которых ты привёл сюда. Я бы долго бы искал всех этих идиотов по всему миру. А так я понял, что сильнейшие находятся прямо у меня над головой. Спасибо, кстати, за это. Теперь они сдохнут.

Я не выдержал и поаплодировал.

— Что ж, говоришь ты складно. Теперь посмотрим, как ты сражаешься.

С лёгким шелестом Аквила и Драко покинули ножны. И я, не торопясь, размашистым шагом пошёл в сторону Бога, который аж на секунду замер от такой наглости.

— Глупый идиот! С двумя железками решил броситься на Бога? — он поднял руки и… началось.

Уверен, что этот мир ещё не сталкивался с битвой такой силы. Да, были «тренировочные» сражения с ордой Серых. Дважды мы противостояли Титану. Но здесь и сейчас происходило нечто, совершенно отличающееся от всего ранее.

Прямо здесь и сейчас сражались полубоги. Ну, «полу», не потому что половинчатые, но Мудрейший сейчас бился примерно с пятьюдесятью процентами своей мощи, которые он смог перетащить в этом мир. Ну, а я к пятидесяти процентам своей былой мощи примерно приблизился.

Что было бы, если б мы сражались с полными силами? Ну, трудно предсказать. В первую очередь из-за того, что такое вряд ли когда-либо произошло. Имея полную мощь, я бы имел поддержку братьев и не занимался бы всякой хренью типа дуэльного поединка с Богом. Не! За левым моим плечом стоял бы брат Дэн, а за правым — старик Мак.