Кодекс Охотника. Книга XXXII

К слову, полностью контролировать их не было необходимости, в том плане, что они лучше меня знали, как сражаться и как использовать свои возможности.

Нет, всё, что я делал — это разжигал их ярость по отношению к Титану и купировал всплески эмоций и раздражения по отношению друг к другу. Я же не сказал, что Гидры тоже ни хрена не были стайными животными. И, в отличие от Титанов, которые, образовавшись рядом, могли прийти к какому-то диалогу и разойтись полюбовно, две Гидры, на расстоянии удара, бились до смерти одной из них. И чтобы подавить этот безусловный инстинкт и ненависть к собрату, мне приходилось напрягаться. Очень сильно напрягаться.

— Говорить можешь? — тем не менее осторожно уточнил любопытный Андрюха.

— Вполне, — сказал я, — если что-то важное.

— Ну, не знаю, как насчёт важного, но у меня много-много вопросов. Хотя… — Андрей поймал себя на мысли, что он разговаривал сам с собой и был несколько перевозбуждён после драки и происходящего перед его глазами действия. — Пока у меня только один вопрос. Почему ты не призвал одну такую Гидру, к примеру, на драку с войском Неназываемого? Что-то мне подсказывает, что она вполне может справиться и с богом.

— Может, — кивнул я, — ещё как может. Скажу больше, она даже может справиться с Охотником, если Охотник не будет иметь настроения или его воля к жизни слегка поугаснет. А почему я так не сделал? Да потому что они меня не слушаются.

— Обе? — как-то испуганно сказал Андрей, тут же напрягшись.

— Да не, одна послушается, контракт признала, после боя она уйдёт. А вот вторая… — я ткнул пальцем в антрацитовую, чёрную Гидру, что прямо сейчас вцепилась всеми головами в хребет Титана, заставив его зареветь. — Помнишь, я рассказывал тебе, что я погиб, сражаясь в битве с Гидрой?

— Помню! — с придыханием сказал Андрей, во все глаза глядя на драку. — Ты призвал свою убийцу?

— Не-е… — сказал я, — это её детка, с которой, собственно, всё и началось.

— А… та самая? — поинтересовался Андросов.

— А та самая ещё здесь, — постучал я рукой себе по груди. — Честно говоря, я хотел дождаться, пока подрастут силёнки, вызвать и грохнуть её ещё раз окончательно, для профилактики. Но прямо сейчас у меня появилась другая идея.

— Натравить её на богов? — тут же среагировал Андросов.

— Не-а… Отпустить во славу Кодекса. Ну, предварительно немного с ней поработав.

— А зачем её отпускать? — спросил Андрей.

Я в первый раз отвёл глаза в сторону от боя. Все противники выдохлись. И я позволил себе улыбнуться.

— Да ты знаешь, как оказалось, та моя смерть — это лучшее, что случалось в моей совсем ещё нескучной жизни.

— Дела Вселенной неисповедимы? — ухмыльнулся Андросов.

— Совершенно верно! — сказал я. — А теперь заткнись. Сейчас что-то будет.

Я снова повернулся к сражающимся тварям.