Красивый. Богатый. Женатый (СИ)

Улыбаюсь, а у самой поджилки трясутся, но все равно бодро стучу каблуками за Кораблевым.

— Проходите! — сухой голос Орловой доносится справа. — У Дмитрия Андреевича через полчаса переговоры с инвесторами.

— За полчаса уложимся, — миролюбивым тоном заверяет Денис помощницу Дымова. — Заходи, Петра.

На моем лице вежливая холодная улыбка — ее я тренировала каждый раз, когда смотрелась сегодня в зеркало. И все равно вздрагиваю, едва вижу его.

Дымов. Он стоит у своего стола, в руках какие-то документы, но взгляд на мне. Холодный и вежливый. Равнодушный.

На душе как-то сразу пусто стало, хотя я прекрасно понимаю, что на другой прием мне вряд ли стоит рассчитывать. Мы поругались, я сама оборвала разговор, он не предпринял ни одной попытки со мной связаться за эти дни. Также как и я. Это же о многом говорит. И вызвал он меня сейчас исключительно по работе.

— Привет, Дэн. — Кивает Кораблеву, а потом ко мне обращается: — Здравствуйте, Петра.

— Добрый день, Дмитрий Андреевич!

Голос звучит неестественно громко и как-то искусственно, словно не живой человек говорит, а робот какой-то.

И зачем я согласилась на эту встречу?! Чуть ли не впервые в жизни мне хочется сбежать.

— Присаживайтесь. — Дымов, похоже, не замечает моей нервозности. Сейчас все его внимание на Денисе. — Дэн, давай по новому опросу удовлетворенности сотрудников, меня смущают результаты тестирования, которые проводил эйчар.

Понятия не имею, о чем речь!

— Может, сначала по корпоративу? Петру потом сразу отпустим, а остальные вопросы уже потом. — Кораблев явно не соврал, когда говорил, что много лет знаком с Дымовым: разговаривают они непринужденно, как старые приятели.

Несколько секунд молчания, а затем:

— Нет, корпоратив в конце.

Денис пожимает плечами, но не спорит, а быстро и по существу рассказывает про опрос и про то, как наше подразделение взаимодействует с HR. В принципе, интересно, я снова вежливо улыбаюсь, руки на всякий случай со стола убрала, потому что так и хочется взять карандаш и начать крутить его в ладонях. Сама злюсь на себя, что нервничаю, а Дымов… Дымов, кстати, осунулся. Выглядит неважно: круги под глазами, на подбородке свежая царапина.

Порезался, когда брился? Я даже вспомнить не могу, когда он выглядел как сейчас — небезупречно, но как живой человек, у которого тоже есть слабости и недостатки.

— ...А теперь по Новому году. — Я чуть не подпрыгиваю на стуле. — Петра, я не понял, как вы считали затраты на ледовое шоу и по фуршету для сотрудников. Поясните, пожалуйста.

Он даже не смотрит на меня, водит карандашом по распечатанным таблицам и хмурится.

— Конечно, Дмитрий Андреевич. — Открываю свою папку с расчетами.