Красивый. Богатый. Женатый (СИ)

— Вот здесь наша переписка, их официальное подтверждение цены, я поставила именно эту сумму, так как в бухгалтерии сказали, что мы успеем перевести деньги в течение месяца, а значит, скидка на их услуги составит 20% от начальной стоимости…

Через пять минут с каким-то внутренним отчаянием окончательно понимаю, что позвал он меня только для дела, ничего личного, как говорится, только бизнес. В такие нюансы полез, что Денис бы точно не ответил, потому что не он делал расчеты.

— Отлично, Петра, — задумчиво, без намека на похвалу, наконец, произносит Дымов. — Я рад, что вы нигде не ошиблись.

— А я рад, что Петра со мной пошла, — ухмыляется Кораблев. — Мы тогда уходим, Дим? Твоя Орлова дала нам ровно полчаса на аудиенцию.

— Да, иди, Дэн. — Дымов кивает, а потом смотрит на меня. — Петра, останьтесь на пару слов.

Если бы меня молнией сейчас ударило, я и то не была бы так ошарашена. Язык вообще прилип к нёбу, и все, что могу, — это молча кивнуть.

— Тогда я пошел. Петра, загляни ко мне, как освободишься. — Голос Дениса я едва различаю.

Никогда тишина не была такой громкой, как сейчас, когда за Кораблевым закрылась дверь.

Я молчу, да и Дымов не торопится что-то говорить.

Наконец, устало откидывается на спинку стула и прикрывает глаза. Похоже, он намного больше устал, чем мне показалось. Жена, что ли, замучила?!

— Мы плохо поговорили, Петра, — в конце концов медленно, словно нехотя произносит он. — Но я понимаю, ты должна была узнать от меня, что я женат.

Во взгляде лишь усталость, ни намека на то, что он чувствует вину передо мной, что он…

— Скажи мне только одно, Дима, — давно подготовленные слова срываются с губ, — ты собираешься разводиться?

— Нет, — быстро и без раздумий отвечает Дымов.

— Это невозможно, Петра.

Я смотрю в его холодные глаза и понимаю, что на этом все. На самом деле все. Он честен со мной, не юлит и ничего не обещает.

Никаких иллюзий, Петра. Сказка закончилась, в жизни нет места для «долго и счастливо молодой аниматорши и красивого миллионера». Я даже улыбаюсь от этой мысли. Вижу себя словно со стороны, и я как бы не я, а чужая незнакомая девушка.

— Вот как? — С шумом отодвигаю свой стул и встаю. — Ясно. Больше нам не о чем говорить.

— Петра… сядь, пожалуйста. И давай поговорим как взрослые люди.

Да пошел ты, взрослый человек!

— Дмитрий Андреевич! У меня не может быть ничего общего с женатым мужчиной, только общая работа, вот как у нас с вами сейчас.

— Петра! — Он резко встает со своего кресла.

— Подойдешь — заору! Понял? — На глазах уже слезы, ненадолго же меня хватило. — Вали обратно к своей жене, или к Ирине, или еще к кому, а ко мне… даже не смотри теперь на меня!

Телефонная трель перебивает меня, а я и рада, что Дымов на секунду отводит взгляд. Быстро иду к выходу, а в спину слышу:

— Поговорим, когда успокоишься.