Кровавый узел

– И наши коллеги тоже хороши, воткнули человека в зону за здорово живешь…

– Да, история очень некрасивая, – огорченно вздохнул Тесленко. – Ты подготовил документы для пересмотра дела Зарубина?

– Конечно. Только ему теперь от этого не легче.

Отступление 11. Воры

"Вор! Вор!" – уткнувшись лицом в подушку, Костя повторял это ненавистное слово уже, наверное, в сотый раз. Тело сотрясала крупная дрожь, лихорадочно возбужденный мозг с такой силой давил на черепную коробку, что, казалось, она вот-вот лопнет. Вспоминалось…

– …Дело пустяшное, – лебезил перед Костей довольный Профессор, который уже не чаял выполнить наказ Козыря. – А Крапленый – мужик что надо. Фартовый, чертяка. Все будет в ажуре, не беспокойся. Сам увидишь. А там долг отдашь – и гуляй, парень…

Магазин обворовали в ту же ночь. Нагруженные мешками с товаром, пробирались в темноте задворками. Впереди шел Крапленый, за ним Зуб, который нес еще и саквояж с воровским инструментом. Щука и Костя шли позади. В глубоком овраге, неподалеку от городской свалки, остановились перекурить. Крапленый швырнул мешок наземь, отдышался и проворно забрался на пригорок. Внимательно осмотревшись по сторонам, по-особому посвистел. И тут же с двух сторон послышался ответный свист.

– Порядок… – Крапленый легко, по-кошачьи, спрыгнул в овраг. – Седой! Ты сваливаешь. Пойдешь вон туда, мимо водокачки, через посадку. Свою долю получишь через неделю. Покеда!

– Держи пять, – протянул Косте руку Зуб. – С крещением тебя, гы-гы…

– Пошел ты… – сквозь зубы процедил Костя и направился к чернеющему неподалеку массиву лесополосы.

"Вор…" – Костя с трудом поднялся и прошел в ванную. Разделся, стал под холодный душ и стоял под ледяными струями, пока не посинел. Растерся докрасна махровым полотенцем и посмотрел на часы. Стрелки показывали начало второго ночи. "Где это Лялька запропастилась? " – подумал с беспокойством.

Лялька появилась под утро. Не зажигая света, прошла в комнату, присела на постель и надолго задумалась, глядя в предрассветный сумрак за окном.

– Не спишь? – наконец спросила вполголоса, и вдруг упала ему на грудь и зарыдала. – Будь они прокляты! Ой, мамочка, что же я наделала!

– Успокойся. Да успокойся же! Что с тобой? – Костя потряс ее за плечи.

– Не могу-у… – продолжала плакать Лялька. – Ой, пропали мы с тобой, Костик! Ой, беда-а-а…

– Да скажи наконец толком, то стряслось?!

Лялька вдруг оттолкнула его, метнулась на кухню. Костя поспешил вслед и едва успел вырвать из ее рук остро отточенный кухонный нож, который Лялька уже направипа себе в сердце.

– Ты что, спятила?! – Костя схватил ее в охапку, отнес в комнату и положил на тахту.

Лялька была невменяема.