Лапти

Алексей подошел к киоску, жадно оглядел прилавок: никаких газет. Лежали только книги, брошюры и журналы. Сколько ни упрашивал продавщицу достать хоть один номер «Правды» — напрасно. Продавщица тоже сказала, что надо ждать пятичасового поезда и предварительно записаться в очередь.

— Велика ли очередь? — поинтересовался Алексей.

— Сто шестьдесят три человека, — улыбнулась девушка.

— Нет, ничего не выйдет. Да и ждать вечера нельзя мне. Надо ехать в село.

— Там на селе и достанете газету.

— Верно, — спохватился Алексей, но, подумав, что такую газету, наверное, уже расхватили, а главное, надо же статью еще несколько раз прочитать и хорошенько продумать, заключил: — Без газеты ехать нельзя!

И стоял растерянный, озираясь то на публику, то на киоск.

Продавщица убедилась, что этому человеку газета действительно нужна, и, таинственно оглянувшись, кивнула Алексею.

— Гражданин, у того человека, — шепнула она, косясь на одного пожилого, сидевшего за столом, — наверное, найдется газета. Он закупил для своего совхоза несколько номеров.

Алексей посмотрел на гражданина, перед которым стояла бутылка квасу, и почти на цыпочках направился к нему.

Гражданин мельком взглянул на Алексея и тотчас отвел глаза.

— Товарищ, у меня к вам просьба: нет ли у вас газеты со статьей Сталина?

— Не будем говорить. Если есть — прошу одолжить. Нужна вот как! — провел Алексей пальцем по горлу.

— Есть-то у меня, верно, есть, но только для себя.

— Я бы уступил, но мне директор наказ дал — никому.

— Вы себе достанете, а мне ехать далеко. Очень прошу. Я — председатель сельсовета.

Только после настойчивых упрашиваний гражданин уступил Алексею один номер «Правды».

— Дарью видел? — встретила его Прасковья в дверях Дома колхозов. — Что тебе сказала?

— Приказывает мне ехать, а тебе остаться.

— Хорошо. Ты слышал, какая новость в газетах? Читал статью Сталина? Я тут все избегала, а газеты не достала.

— Вот она, — показал газету Алексей. — Я уже успел прочитать.

— А я нет. Давай вместе, — попросила Прасковья, — читай еще раз.

Она слушала статью в напряженном молчании. Глаза ее прояснились, она радостно вздохнула.

— Больно гоже, ой, гоже, — заговорила она, когда Алексей окончил читать. — Это как вальком Скребневых по затылку.

Скорей поезжай, Алеша. Запрягай лошадь и гони без оглядки. Приедешь, бери вожжи в руки. Упрямиться уполномоченный станет, свяжи и сюда. Пущай кто-нибудь и привезет его… Э-эх ты! — вздохнула Прасковья. — Эдака статья — как гору с плеч.

В тот день, как ни гнал Алексей, не мог доехать до Леонидовки. Полуголодная лошадь бежала плохо, часто совсем даже останавливалась, а тут еще некстати закрутил такой буран, что хоть в поле оставайся мерзнуть.

Даже до Сиротина добрался поздно вечером.