Лесник поневоле

Сам аэродром восстанавливали с учётом полученного опыта, а охрану его усилили, введя патрулирование леса в зоне до километра. Каждый новый фриц, задействованный в регулярной проверке никому не нужных деревьев, был потерян для войск, ведущих наступление на востоке.

Почти половина военнопленных, отдельными отрядами, смогла просочиться через дыры в различных прочёсываниях и вышла из "зоны контроля". Помог осознанный опыт предыдущего пребывания окруженцами, а также анализ собственных ошибок, проведённый ещё в лагерное время. Вот уж действительно, за одного битого двух небитых дают!

Один из беглецов, сержант Онищенко, отходил вместе с целой группой беглецов. Истый горожанин из Киева бывал в лесу редко, а тут ещё и ночью пришлось бежать — вот и зацепился в какой-то момент за корягу. Всё бы ничего, да девяносто килограммов веса сыграли свою роль, когда он головой ударился о рядом стоящее дерево. Сознание вернулось, но перешло в сон — сказались и лагерные трудности с питанием, и сегодняшний стресс. Организм просто-напросто отказался будить разум, видимо решил получить хоть немного отдыха.

Боец проснулся лишь когда рассвело и вдалеке послышались голоса участников прочёсывания. Пусть далёкие, еле слышные, но пугающие. А что ещё делать, когда рядом никого нет (то ли не заметили, то ли сознательно бросили явно неподъёмную тушу), а жить хочется. Так и вышло, что сматываться пришлось, куда глаза глядят — лишь бы подальше от немецкой речи. А глаза повели на юг, вместо востока, так что, в итоге, Павло просто-напросто заблудился, забравшись совсем в непонятную глушь. И хотя он прихватил при побеге не только оружие, но и колбасы с хлебом — на второй день еда кончилась. А через неделю еле ноги передвигал от голода, правда трофеи так и не бросил. Физиология проста: если человек толстый от того, что жирный — ему голодание даже полезно. Гораздо хуже тем, кто весит много из-за мышечной массы, обеспечивающей силу.

Филатов целый день следил за еле бредущим красноармейцем, по иронии судьбы направлявшегося прямо к "тихомировскому" схрону. Ну и что с таким делать, когда убивать жалко, а рассекречиваться нельзя? Даже спросить совета не у кого! Межов, захватив ОСВ-96 с двадцатипятикратным прицелом и, зачем-то, ещё и целую телескопическую лайбу "Сваровски" — отбыл "на пару недель". Вот зачем, спрашивается, иметь два мощных увеличительных устройства, когда нормальные снайперы даже одного столь сильного не имеют? Старлеи, понабрав всякой "американской" жути из спецвооружений, тоже ушли в дальний рейд, а старшина остался за дежурного по части.