Лишнее золото. За гранью джихада

Начал накрапывать дождь, заглушая их голоса. Еще несколько минут – и он превратится в проливной ливень.

Судя по обрывкам фраз, доносящимся до меня, – обсуждают хозяйственные дела. Дважды мелькал банк Ордена и какие-то кредиты. Дьявольщина! Я не удивлюсь, если для войны с Демидовском им открыли золотую кредитную линию. Под минимальные проценты и часть будущей добычи. Суки…

Дождь пошел сильнее, и хозяева перебрались в дом. Поль дотронулся до моего плеча и вопросительно кивнул. В ответ я покачал головой и показал в сторону ограды.

Мы подождали несколько минут и, убедившись, что все затихло, перемахнули через забор. Через полчаса мы уже вернулись в найденное Полем убежище – небольшой грот, расположенный на склоне горы. Пожалуй, даже не грот, а впадина. Метра три глубиной и полтора метра шириной. Все подходы к нему хорошо закрыты густым и жутко колючим кустарником. Пробраться сюда можно только ползком (на нижних ветках не такие большие колючки). Конечно, это не пятизвездочный отель, но здесь можно немного обсушиться, и на голову не капало. У входа лежало несколько камней, скатившихся по склону. В общем – не самый плохой гостиничный номер для двух небритых и провонявших потом бродяг.

Добравшись до убежища, мы разложили вещи, разделись и попытались как-то просушить одежду. В самом дальнем углу Поль разжег маленькую горелку и поставил котелок с водой. Через несколько минут вода закипела, и мы поужинали. А заодно и позавтракали. Пеммикан, который готовит Поль, это не горячая отбивная, но на безрыбье и креветка превращается в омара. Консервы уже осточертели. Кстати, Нардин вечно таскает с собой эти плитки, похожие на шоколадные батончики. Надо заметить, что на том сходство и заканчивается! Чтобы разгрызть эту смесь из сушеного мяса, изюма, каких-то местных ягод и свиного жира, надо иметь стальные зубы. Медведь утверждает, что нет ничего лучше для легкого завтрака на пленэре. В гробу я видел такую пищу, но выбирать не приходится. Жрали и не такое.

Через полчаса мы закончили ужинать и стали устраиваться на ночлег. Первым будет дежурить Поль. На рассвете сменю. Потом надо будет выбраться наружу и посмотреть за поселком. Затем? Затем будем браться за дело. Хватит тут валяться. При такой погоде безделье превращается в издевательство над самим собой.

Уже засыпая, почему-то вспомнил Париж. Не знаю, по какой причине и за каким чертом эти видения… Словно забыл сделать что-то очень важное, и теперь это всплывает в памяти. Как стоп-кадр из черно-белого фильма.

Выспаться не удалось. Через несколько часов над головой раздался хорошо знакомый вой, и я, даже окончательно не проснувшись, вжался в землю.