Лунатик исчезает в полночь

В общем, работа предстоит долгая, года на два, не меньше.

– Спасибо, я уже слышала подобное, – заявила владелица пансионата и опять решила действовать самостоятельно.

Она запретила дочери выходить из дома, велела ей помогать по хозяйству в «Уютном уголке», хлопотать на кухне, но не заходить в номера, пригрозила:

– Если у жильцов что-то пропадет, тебе несдобровать.

Юлечка поклялась, что глубоко раскаивается в содеянном…

Рассказ Нечаевой прервался. Она закрыла лицо руками и отчаянно зарыдала.

Я покосилась на все еще стоявшую возле окна «летучую мышь».

– Ты грабила квартиры! Ночью отправлялась разбойничать!

Юля не дала мне договорить.

– А сама-то в молодости ошибок не совершала? – вскинулась она. Затем заговорила спокойнее: – Нет, сейчас – все. Я завязала, не первый год помогаю маме, воровством не занимаюсь. Поступила в институт, учусь на втором курсе.

Я остановила девушку.

– Не о том речь. Я о твоем прошлом. Ты по ночам влезала в квартиры, где спали хозяева. Почему не опасалась, что они проснутся?

– Не люди, а один человек, – уточнила Юлия. – Я всегда выбирала жилье, где обитает одинокий хозяин. А кроме того, вечером перед ограблением я, надев курточку с надписью «Конфеты мечты», звонила в выбранную дверь и говорила: «Здрассти. Наша фирма проводит опрос, стоит ли запускать в производство новый вид конфет. Вот, попробуйте и скажите свое мнение. Если согласитесь поговорить, вам в подарок полагается шоколадный набор весом один килограмм». В конфете, которую я давала в качестве теста, было снотворное. Когда человек съедал ее, я ему пару вопросиков задавала, дарила коробку, купленную в супермаркете, и уходила. Через два часа влезала в квартиру. Если б кто отказался пробовать конфету, я бы в апартаменты не сунулась. Но ни один человек мне не отказал. Все хотели получить дармовой набор.

– Оригинальная задумка, – хмыкнула я.

Девушка вскинула подбородок.

– Я вообще креативная. Но теперь с этими делами покончено навсегда.

– Думаю, конфету на тумбочку в четвертом номере клала не Берта, а ты, – продолжила я. – Ты хотела, чтобы я ее слопала и крепко заснула. Моя комната единственная, чье окно выходит на маленькую узенькую улочку с офисным зданием. Уж не знаю, каким образом работает воровское оснащение, но ты дожидаешься, пока постоялица заснет, входишь в номер, натягиваешь проволоку и отправляешься по ней воровать. Берта на ночь запирает пансион, ключ уносит, тебе не выйти.

– Нет! – подскочила Юлия. – Честное слово, я больше этим не занимаюсь.

– Я видела, как ты вылезла из моего окна. В первые два дня своего пребывания в пансионе я съедала на ночь конфету, сразу засыпала и в пять утра просыпалась. У меня такая реакция на снотворное – быстро улетаю, а через пять-шесть часов снова бодра.