Матабар III

Заголовки газет от месяца к месяцу все страшнее.

Взгляд Милара потяжелел, а брови сгустились, прокладывая между собой глубокую морщинку.

— Знаешь, сколько раз за последние полвека в стране пытались устроить революцию?

— Не знаю, — честно ответил Арди. — Вроде — нисколько.

— Трижды, — сам же на свой вопрос ответил капитан. — И трижды ни у кого ничего не вышло. Благодаря конторе.

Ардан развернулся и откинулся на спинку диванчика. Да, в стране жилось не слишком уж сладко. Но думать, что где-то там, за бесконечно далекими границами столь же бесконечно громадной Империи жизнь лучше и проще? Уж точно не для Первородных.

Вон, если взять восточный материк, то в Кастилии они жили в резервациях, которые не имели права покидать, в Лиге Селькадо были поражены в правах на столько, что не могли даже продукты покупать в одной лавке с людьми, а Конфедерация не собиралась отменять узаконенное рабство, в котором держали Первородных.

ЛанДуоХа истребил своих Первородных еще несколько веков назад, когда испугались, что и у них может появиться свой Темный Лорд, а Каргаам своих посадил на корабли и отправил через Ласточкин Океан в Империю.

Что же касательно пустыни Зафиры, там Первородные не жили вовсе. Почему? Наука не знает.

Да и простым людям-то…

Если верить Марту, а причин не доверять в таких вопросах исследователю и путешественнику как-то не обнаруживалось, то во всем мире дела обстояли примерно одинаково.

Так что да — люди хотели жить лучше. Но революция… звучало как нечто, взятое со страниц учебников по Истории.

— И знаешь, сколько раз контора обнаруживала среди революционеров работников иностранных посольств?

— Мог бы и поуверенней сказать, — подмигнул ему Милар.

— Ты только представь, какое раздолье для… да даже не будем брать восточный материк, а ограничимся одними только Нджия, Фатией и Тазидахианом. Ты вообрази. Больше нет на юге Империи. Наши пахотные земли — вот, пожалуйста. Полезные ископаемые — сколько угодно. Эрталайн — хоть из кристаллов себе дворцы строить начинай. Не говоря про людской ресурс. Нас же ведь почти четыреста миллионов. Но драться с нами в открытую никто не хочет. Во всяком случае — пока… Вот и пытаются погрызть изнутри. А тут и повод удачный — новый император, который как кость в горле у многих воротил Империи.

— В прямом, господин маг, — Милар остановился около невысокого здания, с изящными кариатидами, напоминающими детские иллюстрации о Вилах.

Карниз из лепнины регулярно чистился, а витражные окна блестели сценами из сказаний и мифов. Около входа, поднятого на мраморное крыльцо, стоял слуга в красной шубе.