Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

Я ведь помню еще то время, когда на месте храма бассейн был, а напротив, на Болотном острове — фабрика кондитерская. И часто, когда ветер с той стороны дул, казалось, что от бассейна карамелью да шоколадом пахнет… В общем, странные дела там творятся. Я в такие вещи не верил никогда, и в привидений не верил до одного случая, но теперь думаю — что-то такое есть. И еще я думаю, что запах этот — это нам знак был. То, что мы его учуяли, — не к добру.

— А что это за парк был с истуканами? — решилась она спросить.

— ЦэДэХа, — непонятно буркнул Седой. — Эх, зря мы тем путем пошли все-таки.

Нехорошо теперь на душе. Предчувствие какое-то. Остров этот Болотный… там ведь в старину казнили на площади. Нехорошее место, смутное. Вечно там заварушки какие-то приключались. Словно жертвы требуются земле этой. И кажется мне — не насытилась она еще кровью человеческой. Тоска давит… муторно мне как-то. Не кончится добром наша затея. Я-то ладно, пожил уже, хоть бы Пашку спасти…

Седой умолк, окончательно погрузившись в свои переживания.

«Совсем раскис старик, — подумала Кошка. — То такой был суровый да правильный, а теперь сразу у него и душа заболела, и предчувствия появились.

Ну, понятное дело — убийство просто так не проходит, кому и знать, как не мне. Теперь вот мается — все у него виноваты. Место, мол, не то…» Мужчинам вечно лишь бы оправдание для себя найти. Она честнее, она вины с себя не снимала, и за то, что сделала, расплатилась сполна. Но и ей сейчас тоже было не по себе. Интересно, что такое ЦэДэХа? Царское древнее хранилище? Может, потому и памятник Царю-Мореходу рядом? У Седого спрашивать не хотелось — начнет опять какую-нибудь чушь нести и испортит настроение окончательно.

А Седой вдруг поднял на нее невидящие, больные глаза — и Кошка отшатнулась. Не человеческий был взгляд — что-то другое глядело из его глаз с неизбывной тоской. Кошке доводилось слышать от бывалых сталкеров о смертной печати — теперь она понимала, о чем они говорили. У нее возникло отчетливое предчувствие, что совсем немного осталось этому человеку — не жилец он. Кошка и забыла сразу, что хотела сказать.

— Чего, боишься? — болезненно усмехнулся Седой. — Не дрейфь, тебя не убью… пока ты мне нужна.

«Это еще кто кого», — хотела сказать она, но решила, что промолчать будет разумней.

— Эх ты, радистка Кэт! — насмешливо сказал он. — Разве что парочки младенцев не хватает для полного сходства.

«О чем это он?» — подумала Кошка, но уточнять не стала. Видно, это была какая-то шутка, понятная лишь ему одному. А Седой порылся в рюкзаке, извлек оттуда темно-синюю кружку с желтой блестящей надписью «Баден-Баден» и тупо уставился на нее, словно забыл, зачем она ему понадобилась.

— Сашка Клещ принес. Эх, знатный был сталкер, а сгинул глупо.