Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

Что такое скелеты, она тоже знала хорошо — в ее странствиях они попадались нередко. Но зачем было их специально хранить, Кошке не совсем было понятно.

— А куда потом делись эти гиганты? — спросила она.

— Вымерли миллионы лет назад, — пояснил Сергей. — Из-за огромных размеров им не хватало еды. Ну, и другие были причины.

Вот это было уже непонятно.

— А зачем же они выросли такими огромными?

— Такими их природа создала, — терпеливо ответил Сергей, которого разговор, похоже, уже начал утомлять. Кошка переспрашивать не решилась. Ей представилась Природа в виде огромной женщины, которая создает неуклюжих гигантов — вроде как статуи в парке, где они были.

— А что там теперь, в музее? — спросила она. Сергей с горечью махнул рукой:

— Лучше не спрашивай. Конечно, попортилось все. Я даже и не ходил туда после Катастрофы, чтоб душу не травить. А сталкеры фигню всякую рассказывают — про призраки экскурсоводов, которые там теперь живут, и про черную музейную моль. Я одного попросил принести мне несколько препаратов заспиртованных — там в банках специальных интересные экземпляры были. А он, дурак, подумал, что этот спирт можно пить.

Одну банку припрятал, жидкость выпил, а осьминогом заспиртованным попытался закусить. Уникальный препарат загубил, идиот. И себя заодно.

— Как — себя? — спросила Кошка.

— Как-как. Отравился и умер в мучениях. Дикие люди — никакого соображения. Лучше не думать об этом, а то опять расстроюсь. Такой редкий экземпляр был!

Кошка так и не поняла, к кому это относилось — к сталкеру или к тому, что было заспиртовано в банке. Поняла одно — Сергей огорчился не на шутку.

— А как ты думаешь, чем это пахло в парке? — робко спросила она.

— Я никакого запаха не почувствовал, — сказал Сергей удивленно. — Но могу предположить, что морозным воздухом и гнилыми листьями. Подумать только — уже не верится, что когда-то наверху можно было ходить без противогаза. Эх, я бы с таким удовольствием сейчас вдохнул этот воздух полной грудью!

Они некоторое время молчали, а потом он спросил совсем другим, безразличным тоном:

— Значит, завтра вы собираетесь уходить? Пожалуй, я пока останусь здесь, успею еще решить, куда мне теперь податься. Мне бы в Полис хотелось, к браминам — я б лучше наукой занимался.

Как они вот так умеют — два слова сказал, и сразу кажется, что он уже далеко-далеко, и подступиться нельзя. Она молча поднялась и пошла обратно к Седому — даже отвечать Сергею не стала, боялась, голос ее выдаст. Значит, больше они не увидятся — что ж, пусть так. Не станет она больше его искать, раз он над ней смеется!

Седой вздохнул облегченно, когда ее увидел. Боялся, что сбежит?

— Вот и наша проводница, — сказал он проснувшемуся Рохле: — Завтра выходим. Нечего тут задерживаться.