Московский инквизитор (сборник)

 — Теперь, когда все вернулось на круги своя, распределение ролей прежнее: я ногами работаю, а Лева — головой. Я сейчас смотаюсь в коллегию адвокатов, оттуда — в район, а Гуров будет расклад анализировать.

— Нечего пока анализировать, — поправил его Лев, — так что мы с тобой вместе и туда, и туда съездим. Только ты подожди меня минутку, мне один вопрос решить надо.

Обрадованный, что они с Левой помирились, Стас и не думал возражать, а Гуров, который, услышав об убийстве Камолова, тут же почувствовал неладное, — а интуиция его еще никогда не подводила, — быстро отксерокопировав у секретарши Петра список, поднялся с копией к компьютерщикам и попросил:

— Ребята, пробейте мне по адресному всех вот по этому списку, независимо от возраста, а я потом уже сам разберусь, кто мне нужен, причем ищите и среди живых, и среди покойников. Я попозже к вам зайду.

Гуров и Крячко на машине Стаса — Лев свою не успел помыть, и появляться на ней у районников было просто стыдно — сначала заехали в городскую коллегию адвокатов, где узнали, что Камолов был убит в январе 2005-го, а поскольку жил он постоянно в своем загородном доме, то ехать им пришлось черт-те куда.

В райуправлении, узнав, что их интересует, только удивленно пожали плечами — дела давно минувших дней. Но вот самого дела как раз в архиве и не было — его еще тогда затребовали наверх, а вот кто именно, новый начальник просто не знал, потому что никаких следов в документах не осталось — значит, распоряжение было устным. Затребованные для личной беседы сотрудники, которые вели это дело, были не меньше начальства удивлены, что тем убийством вдруг кто-то заинтересовался, но спорить с двумя полковниками-важняками не стали — себе дороже выйдет, и рассказали что помнили.

— Дело было так! Сестра Камолова, обеспокоенная тем, что ее брат не отвечает на звонки, приехала к нему домой, а ключ у нее был, вошла и обнаружила его, но уже в виде трупа. Полежала в обмороке, слава богу, ничего не трогала, а, придя в себя, вызвала нас. Мы приехали, сидит потерпевший в голом виде на унитазе, руки связаны за спиной так, что веревка под смывным бачком проходит, а ноги к унитазу скотчем примотаны, рот опять же скотчем заклеен. Все наше мужское хозяйство у него начисто отрезано и в унитазе плавает, а он сам полон крови.

— Короче, Камолов истек кровью? — уточнил Стас.

— Ну да! Замок не взломан, а очень аккуратно открыт отмычкой, в доме ничего не взято, а было там всего о-го-го сколько, следов борьбы нет, на теле потерпевшего тоже ничего, только на сгибе левого локтя след от укола наш эксперт разглядел, а в крови нашел следы… Этого… Пента… тала натрия. Преступление носило ярко выраженный сексуальный характер, тем более что Камолов был «голубой».