Московский инквизитор (сборник)

Плюнули и забыли! Скажи лучше, ты можешь честно ответить мне на один вопрос?

— Не доставай меня, пожалуйста, — поморщился Гуров, но, поняв, что Крячко не отвяжется, согласился: — Но только на один.

— Ты тогда пошел в подвал, а меня снаружи оставил, потому что не хотел еще и моей жизнью рисковать?

— Умный ты, Стас, как знаю кто, — пробурчал в ответ Гуров.

— Дурак ты, Лева! — только и сказал на это Крячко, но голос его предательски дрогнул.

— Давай без сантиментов, — попросил Лев. — Я понимаю, что нервы у нас взвинчены, но нюни-то распускать зачем?

Неизвестно, что бы ответил на это Крячко, но тут зазвонил телефон, он снял трубку, послушал и сказал:

— Сейчас буду! — И в ответ на недоуменный взгляд Гурова пояснил: — Документик один взять забыли!

Вернулся Стас очень быстро и протянул Льву официальный документ с печатью и солидной шапкой наверху, украшенный гербом какой-то страны.

— Интересные дела заворачиваются, Лев Иванович, — ехидно заметил он. — Я тут на ходу просмотрел и очень удивился. Посольство Республики Таджикистан чуть ли не благодарность тебе выражает за то, что ты в отличие от своих коллег действовал в строгом соответствии с законом Российской Федерации по отношению к временно находящимся на территории нашей страны иностранцам. Тебе не кажется, что ты тому мужику из посольства очень сильно должен?

— Джафар постарался, — улыбнулся Лев.

— Кто такой, почему не знаю? — возмутился Стас.

— Я тогда один в командировку ездил, там с ним и познакомился, — объяснил Гуров.

Он нашел телефон посольства, позвонил и спросил, как можно связаться с господином Мусангалиевым. Потом перезвонил по этому номеру и, услышав ответ, сказал:

— Это Гуров. Спасибо тебе, Джафар.

— Старый долг возвращаю, — засмеялся тот.

— Какой долг? — удивился Лев.

— Ты помнишь, что бандитов, которые на инкассаторов напали, четверо было?

— Конечно! Двоих мы в пригороде взяли, а другие двое с деньгами на машине уйти пытались. Ты еще тогда им колесо прострелил, и они вынуждены были остановиться. Потом была перестрелка, одного мы ранили, второй был убит. А что?

— Эх, Гуров! Все ты помнишь, а главное забыл. Когда я из-за нашей машины высунулся, чтобы в бандита выстрелить — он у меня прямо на мушке был, ты меня оттолкнул и выстрелил сам. И убил его! Я тогда здорово на тебя обиделся, что ты мне самому выстрелить не дал, хотел героем себя чувствовать, а ты мне ничего не сказал, усмехнулся только. А когда я пистолет свой посмотрел, то увидел, что там уже ни одного патрона не было. Вот и получилось бы, что я безоружный перед бандитом оказался, а у него автомат инкассатора был. Ты мне жизнь спас. Помнишь это?

— Прости, Джафар, не помню, — виновато ответил Лев.

— Я тогда домой пришел, отцу все рассказал, матери.