Мы раскрываем убийства

Джефф предупреждал меня о нем перед исчезновением.

— Нельзя пользоваться телефонами в полете, — говорит Стив.

— Как я забыла? — отвечает Эми. — Как можно подвергать нас такой опасности!

Эми решает ответить Хэнку. Может, удастся его разговорить.

Эми смотрит на Стива. Если Хэнк на самом деле задумал ее убить, не исключено, что у него получится. А если начнется перестрелка, где гарантии, что Стив не попадет под перекрестный огонь? Зря она его с собой потащила.

Начинается новая песня — «Возьми меня с собой». Наконец-то знакомая песня!

Она внимательно смотрит на Стива. И замечает в его глазах искорку, которая, как ей казалось, давно потухла. Рози предлагает ему косяк; он отказывается, но улыбается, и, кажется, искренне. Они с Рози поют, потом Рози встает и танцует, и Эми кажется, что Стив готов вскочить и начать танцевать вместе с ней, и вскочил бы, если бы не ремень безопасности. Экран телефона вспыхивает.

Поговорить? Опять о том же самом? Нет, Хэнк, мы не можем поговорить. Эми вытаскивает из телефона сим-карту, достает из сумочки маникюрные ножницы и режет карту на маленькие кусочки. Джефф придумает, как с ней связаться. Она ощущает себя свободнее. Теперь остались лишь они со Стивом и Рози против всего мира.

Эми ждет, что Стив скажет, что маникюрные ножницы нельзя проносить на борт самолета, но он готовится взять высокую ноту и затянуть припев «Возьми меня с собой».

Начинается припев, и они поют его хором, а в Карибском море вдалеке вырисовывается силуэт острова Сент-Люсия.

Окажись Макс Хайфилд в «Уилберфорсе» несколько лет назад, он бы чувствовал себя не в своей тарелке. Но теперь он везде в своей тарелке. Он заслужил право находиться где угодно когда угодно. Даже если иногда приходится снять кроссовки. Макс переживает, что швейцар оставил кроссовки под стойкой, не убрав их в шкафчик или лучше в сейф.

В библиотеке полки от пола до потолка, окна во всю стену, темные дубовые панели, зеленая кожаная мебель и много-много книг. Вдоль стены выстроились письменные столы; на круглых столиках — новые книги и толстые журналы. Зал освещен тремя гигантскими канделябрами и медными лампами для чтения. Если бы здание принадлежало ему, думает Макс, он бы все отсюда вынес и устроил тут бассейн и тренажерный зал с сауной. И назвал бы аквакомплекс «Библиотекой» в доказательство, что читает книжки.

Хэнк сидит на зеленом диване за стеллажом с медицинскими журналами и держит в руках открытую книгу.

В библиотеке больше никого нет, лишь женщина лет восьмидесяти — она читает книгу по философии горя. Когда он вошел, она его узнала — он всегда замечает, когда его узнают.

Макс садится в глубокое кресло напротив Хэнка. Хэнк закрывает книгу и кивает на обложку.

— Спиноза, — говорит он.