Нарушая правила (СИ)
В груди загорается алогичный огонечек надежды от такой уверенности в голосе красавчика. А может…
Нет, не может, Вика. И вместо того, чтобы бежать к нему, сломя голову, я подхожу к окну.
Выглядываю. Правда приехал. Мурашки по рукам маршируют. Знакомая темная BMW стоит у подъезда. Становится страшно. Покалывание прокатывается по позвоночнику, усиливаясь на подушечках пальчиков. Я сильнее сжимаю телефон, чтобы не выронить.
— Вика, — подгоняет красавчик. — Либо ты сейчас выходишь сама, по-хорошему, либо я поднимаюсь в квартиру, и будь, что будет. Выбирай.
— Я не могу… — блею, как овечка.
— Ты в этом уверена? — вижу, как Ренат выходит из машины и поднимает глаза на дом. Не знаю, каким таким чудесным образом, но смотрит он прямо на мои окна. На меня. Стой он рядом, я бы сказала — в упор.
Сердце взлетает и тут же, лихо спикировав, на мощной скорости летит вниз. Придется выйти…
Вика бросает трубку. Я свожу челюсти, кидаю еще один взгляд на окна верхних этажей. Дурость!
Дергано возвращаюсь в прогретый салон тачки.
Я блефую. По-страшному! Разумеется, я понятия не имею, какая квартира у ее родаков. Однако, при необходимости, мне хватит жалкого часа, чтобы обойти весь подъезд и найти нужную дверь.
Я этого не делаю. Незачем. Если я хоть сколько-то успел узнать ясноглазую за это время — он выйдет. Сто процентов. Все, что связано с ее семьей, она так ревностно оберегает от меня, что моего появления у них на пороге девчонка просто не допустит.
Первый порыв: выскочить ей на встречу и в объятиях сжать. Реакция однозначная, как и все два месяца с ней. И по херу на мнение ее предков! Вторая: обматерить — она снова вышла, одевшись совсем не по-зимнему. Шапки нет, куртка расстегнута — о чем вообще думает?
Ясноглазая межуется, не решаясь подойти к машине. Поднимает взгляд и с опаской косится на меня. Надеется, что я выйду и облегчу ей задачу? Хрен. У меня другие планы. Тянусь к пассажирской двери, открывая изнутри и кивая ей в лобовое:
Секундная заминка. Вика плотнее запахивает куртку, обнимая себя руками.
Решается. Прячет взгляд и семенит к тачке.
На ней лица нет. Бледная, как мел. Глаза красные, а под ними залегли глубокие тени. Ревела? Еще как. Кулаки непроизвольно сжимаются. Но это все, что я успеваю проанализировать в башке, потом… потом она садится и закрывает дверь. В нос ударяет любимый до дрожи аромат любимой женщины, заволакивая теплый салон.

















