Нарушая правила (СИ)

Пока я убираю со стола посуду, скидывая в раковину, он с кем-то перекидывается парой слов по телефону. Момент его отъезда неумолимо приближается. Я не могу его остановить. И это бесит!

Мой мозг и сердце входят в коннект и не желают воспринимать такое слово, как «надо». Я даже на мгновение думаю, а не позвонить ли Игорю Антоновичу? Может, он сможет как-то… повлиять на командировку сына? Но тут же отбрасываю эту мысль. Реня такого вмешательства не оценит.

— Квартира полностью в твоем распоряжении, — обувается Ренат, забирая у меня из рук свою куртку, — обживайся, привыкай, вей наше гнездышко, Ясноглазая, — улыбается.

 — Наличку оставил на комоде. Позже деньги кину на карту. По поводу работы — не парься. Вернусь, и мы вместе что-нибудь придумаем, — раздает последние ЦУ.

— Хм, предлагаешь сидеть у тебя на шее?

— Ни в коем случае. Воспринимай это как вынужденный отпуск, — подмигивает, хватая за руку, притягивая к себе. К моим губам тянется с поцелуем, когда я шепчу:

— Такой отпуск обычно называется декрет.

— В смысле? Это ты сейчас к чему?

Ренат отстраняет меня от себя на вытянутых руках, опуская взгляд на мой живот.

— Нет, — смеюсь уже громче. — Нет, конечно! Хотя сегодня ночью очень «старались», — обнимаю, повиснув у парня на шее, — а ты хочешь?

— Кого, Рень. Детей.

Под утро, совершенно неожиданно я поняла, что готова. Не просто к серьезным отношениям, а к семье. Более того — я хочу. Полноценную. Может, конечно, это чувство сейчас усиливалось из-за отъезда Красавчика, но сама мысль, что у меня могла бы всегда быть рядом маленькая частичка него, топочащая ножками по квартире, будоражит мысли.

— Ну, не сиюминутно. С учетом твоей командировки — минимум через десять месяцев.

А вообще, я в целом. На перспективу.

Лицо Красавчика озаряет улыбка. Такая соблазнительная, что если бы не его рейс, то к «работе на перспективу» мы приступили бы тотчас же!

— С тобой я хочу все, Вика.

Как бы мы не силились оттянуть момент, но ровно в семь тридцать Ренат ушел. Сорвав последний поцелуй с моих губ, пообещал позвонить, как приедет в аэропорт. И вообще, отзваниваться и писать постоянно, чтобы я не беспокоилась, как он там.

Закрыв за ним дверь, прислонилась спиной к холодному металлу.

В квартире стало страшно тихо и угрюмо. Зябко поежилась, обхватив руками плечи. Тридцать дней. В пору завести настенный календарик и зачеркивать числа, начиная обратный отсчет.

Вспомнив про брошенную в кухне посуду и остатки нашего ужина на кофейном столике, побрела наводить порядки. Позже, когда самолет Рената взлетит, возможно, я ненадолго прилягу. Посплю. Днем по плану нужно разобраться с вещами и встретиться с Розой, чтобы как следует отблагодарить ее за активное участие в наших с Реней отношениях.