Не потеряй меня

Архав в ее глазах был не тем существом, которому следовало безоговорочно доверять.

– Твоя шимун стоит за дверью, – усмехнулся Ксарт, делая шаг к столу. Сняв перчатки, он бросил их на столешницу, а сам опустился в кресло. – Переживает. Видимо, я не внушаю ей доверия.

– Ей есть о чем беспокоиться?

В комнате повисла тревожная тишина. Они смотрели друг другу в глаза, и Варя почувствовала знакомое напряжение, которое с каждой секундой усиливалось, словно между ними должна была вот-вот разразиться гроза.

Ксарт. На его бледном лице не двигался ни один мускул.

В глазах застыла непроницаемая тьма. Но это была лишь маска, под которой бурлили эмоции, готовые в любой момент выплеснуться наружу.

Варя первая отвела взгляд. Не выдержала этого молчаливого противостояния.

– Почему вы передумали? – тихо проговорила она. – Почему сохранили мне жизнь?

Он продолжал молча разглядывать ее лицо, словно редкую драгоценность. Наконец, отстраненно пожал плечами:

– Кто знает. Может, я еще не раз пожалею об этом.

– Потому что вы считаете меня своей слабостью?

Варя поймала себя на том, что нервно теребит край одеяла.

Неужели присутствие этого загадочного мужчины так на нее влияло? Она вдруг ощутила себя девчонкой, случайно столкнувшейся в толпе со своим кумиром. Словно еще утром она лишь мечтала о нем, разглядывая его лицо на постере, висящем у нее над кроватью, а сейчас смотрит в его глаза и видит в них… Что она видит в них?

Непроницаемую стену.

В его черных глазах поселилась самая безлунная ночь. Ни единого движения чувств, ни единого всплеска эмоций.

Но где-то там, в глубине, зрела буря, и Варя чувствовала ее.

– Ты очень красива, – произнес Ксарт, отмечая очевидное.

– Это комплимент? – она вскинула светлую бровь.

– Возможно. Никогда не любил блондинок.

Захотелось ответить ему что-то дерзкое.

– Я не выбирала это тело в качестве пристанища. И в своем мире выглядела совсем по-другому…

– В чужом мире, – герцог прервал ее, – то был чужой мир для тебя. А твой родной – здесь. Помни об этом.

– Что-то я не слишком счастлива в своем родном мире…

Он сузил глаза. Ее замечание задело его, словно маленькая ледяная заноза, воткнутая в самое сердце.

– А в том ты была счастлива? У тебя был ребенок, я знаю, значит, был и мужчина. Ты любила его?

Ксарт спрашивал не из праздного любопытства, Варя поняла это сразу, как только услышала, как изменился его тон. Стал сухим, жестким. От ее ответа зависело, как дальше пойдет их разговор, да и пойдет ли вообще.