Нерядом

Если вспоминать, о чем она разговаривала с кошкой, то был кто-то, кто хотел развести ее на секс… Значит, надо объяснить, что мои мысли не были направлены в ту сторону. Но при этом все-таки последовать совету Палыча и не признаваться ей в чувствах.

Вау! Мы в тупике. Как здорово.

– Определенно, – кивает она.

– Без сомнений, – соглашается снова. – Еще будешь перечислять?

– Не буду. Скажу только, что я не собирался ничего такого делать, чего бы тебе стоило бояться. Мне… хорошо с тобой. Обнял по-дружески.

– И в губы тоже по-дружески, да? Много у тебя таких друзей, Горин? – стирает она слезы с уголков глаз.

– Нет таких, – усмехаюсь, – думал, ты будешь первым и единственным таким другом. У тебя вот не было никогда таких друзей?

– У меня в целом не задалось с друзьями. Миллион знакомых и никого близкого, – пожимает она плечами и снова грустнеет еще сильнее. К списку моих достоинств стоит приписать еще и слово «бестолковый». Пришел успокаивать девушку, а сам довожу ее до слез по новой.

– Вот видишь, – киваю ей, несу какую-то лютую чепуху вообще, только бы отвлечь ее от грусти и мыслей о том, что я для нее самый хреновый вариант, – мы просто оба не в теме, а друзья так точно делают!

– Мы не будем так делать, – хмурится она. – Никаких поцелуев, Горин.

– А объятия? – прищуриваюсь. Вдруг прокатит?

Она задумывается и щурит глаза, точно как и я. Прикидывает, можем ли мы обниматься, но я решаю понаглеть и помочь ей сделать правильный выбор, хотя риск того, что с балкона вылечу я, особенно велик.

Просто подсаживаюсь к ней ближе, обнимаю за плечи и притягиваю к себе, второй рукой создавая кокон. А еще не сдерживаюсь и чмокаю в макушку: таких запретов не было, только на губы.

– Смотри, как хорошо у нас получается обниматься, – шепчу я ей. – И я клянусь, что никаких грязных мыслей за этим у меня не стоит.

– Ты чего такой хороший вдруг стал, а? – всхлипывает она, но из объятий не вырывается.

– Я всегда такой был, просто надобности доказывать тебе это не было. Я слышал твой разговор с кошкой… – Стараюсь не смеяться, а вот сама Диана хихикает. – И кем бы ни был тот козел – я не он. Мне хорошо с тобой, и я очень тактильный, поэтому, если перегибаю, можешь мне высказывать. Но не отталкивай, лады?

– Лады, – улыбается она и шмыгает носом.

Прорвемся, значит, если так просто и быстро смогли все решить.

Только вот что с чувствами своими делать сейчас, понятия не имею… Придется закрыть их на семь замков и не давать им выбираться наружу, пока сама Диана не решит, что я герой ее романа и она готова стать для меня больше чем другом. Видимо, так…

А дальше мы садимся друг напротив друга, и я пытаюсь ее разговорить и вытянуть из нее хорошие эмоции. О чем там можно говорить сутками? О погоде?

– Сегодня, кстати, теплый вечер.