Нерядом

Мужики эти до ужаса странные! Холодно ведь… – И по темноте одна шла?

– Меня проводили, – пытаюсь его успокоить, но судя по тому, каким тоном он говорит дальше, не успокаивается. Жаль, что тут очень темно и я не вижу его лица, потому что он стоит спиной к фонарям, хотела бы я глянуть, как он выражает свое недовольство мимикой.

– Знакомый! – выпаливаю, потому что из всех возможных названий хоть какого-то мужчины рядом «знакомый» – самое безопасное.

– И толстовка его? – прищуривается. Ну да, да, я знаю, что я всегда папина маленькая девочка и он не представляет никаких мужчин рядом, я знаю, привыкла, смирилась, поэтому просто киваю.

– Да. Исключительно, чтобы я не мерзла.

– Ладно, – сдается, – пошли домой, все равно туда придется идти.

– А ты тоже гулял, только бы не возвращаться, да? – хихикаю, такие мы, конечно, бессовестные, ужас. Мне правда стыдно…

Мы заходим в лифт и… Вау! У папы на щеке отпечаток красной помады… Вот как он гулял. Интересно, кто она? Мне теперь вообще все интересно! А еще интересно, как отреагирует мама, поэтому папе о том, что у него на лице прямым текстом все написано, не говорю. Вот такая я засранка сегодня, да, вот такая. Плохой ребенок, который не надеется на воссоединение семьи, что уж поделать. Я не хочу снова наблюдать за тем, как они оба несчастны. Я хочу, чтобы они были счастливы!

Мы заходим в квартиру, тут внезапно вкусно пахнет… Переглядываемся с папой, оба не понимаем. Она правда готовила тут, пока нас не было? Это удивительно и очень неожиданно, совершенно не в духе мамы.

– Ма? – зову негромко ее, чтобы отметиться, что мы пришли. Слышу, что она идет навстречу, и по шагам понимаю, что недовольная.

– И где носило тебя до полуночи? Дочь… – она рычит, нервничает, складывает руки на груди. У меня флешбэк! Они, когда женаты были, все было ровно так же. Я и папа на одной стороне, мама – на другой. И мы оба молча слушаем и киваем на все претензии, только бы не раздувать скандал.

– Взрослая уже наша дочь, – вдруг перебивает ее папа, и весь флешбэк рассеивается. – И она со мной была.

– С удовольствием поверила бы, если бы на твоей щеке не красовались чьи-то поцелуи. Вряд ли ты гулял с какой-то бабой и дочерью, правда?

– Черт, – шепчет папа и поворачивается к зеркалу, стараясь стереть пальцами красный отпечаток. – И не называй ее бабой, – вдруг выдает он, и мне хочется отсюда сбежать. – А дочь была не одна. Со мной на связи, всё под контролем. У нас хороший район, в чем проблема?

– Хороший, – психует ма, – все хорошее у тебя! А если бы ее…

– Ничего не случилось бы! – папа срывается, и я, воспользовавшись этим, сбегаю в его спальню, потому что там закрывается дверь, в отличие от гостиной, где я обитаю. Но… подслушиваю, конечно.