Нерядом

Мне до боли в сердце не нравится, когда родители ссорятся, и, наверное, это подслушивание просто для того, чтобы понять, что их ссоры в пределах допустимого. Они, конечно, эти пределы никогда и не переходили, но… Так просто спокойнее.

– Послушай, – слышу голос мамы, – я при таких раскладах тебе дочь не оставлю, ты меня понял? Она сама по себе по ночам, ты с кем-то шляешься!

– Знаешь, Ира, если бы это не ты от меня ушла, клянусь, решил бы, что ревнуешь, – удивительно спокойно говорит папа. – И прими тот факт, что она уже взрослая и решения все принимает сама. От твоей гиперопеки она и сбежала. Решаешь, что ей есть, как ей жить, где ей учиться. Мужа тоже сама ей подберешь?

– Если придется – подберу! Наученная опытом своего брака, на что стоит обращать внимание у мужчин, найду ей хорошего.

– И она, как в Средневековье, познакомится с ним на свадьбе, да, Ир? Послушай сама себя и прекрати орать. Лучше подумай, где будешь спать, потому что у нас с Мышкой только два спальных места. А еще рано утром у нас самолет, так что тебе стоит подыскать жилье, тут я тебя не оставлю, уж прости.

Эм… что? Какой это у нас еще самолет?

Я так сильно в шоке от этой информации, что даже не слушаю их дальнейший разговор. Но они не орут, это уже хороший знак.

Отхожу от двери, сажусь на кровать, ничего не понимаю… Какой еще, блин, самолет?! Куда? Мы куда-то летим? Он не сказал мне ни слова! Как это вообще возможно?

Еще минут десять я сижу в комнате в своих мыслях, пока в них не врывается папа.

– Предательница мелкая, – посмеивается он, – видела же помаду!

Он сразу же поднимает мне настроение. Коварно хихикаю и киваю. Видела, конечно! Что я, слепая, что ли…

– Она? – кивает он на дверь. – Мать твоя, уезжает, кстати, иди поцелуй ее.

– Издеваешься? – прищуриваюсь.

– Нет, я серьезно, она сейчас уезжает, нашла квартиру посуточно в соседнем подъезде. Так что иди поцелуй ее, пока она совсем на тебя не обиделась.

Да что ж за человек-то такой!

Бегу в прихожую, мама и правда уже стоит на пороге и обувается. Она обижена. Очень. Мне становится стыдно. Но я решаю оставить разборки родителям и быть мудрым ребенком: не лезть туда.

Мама не говорит мне ни слова, но я все равно целую ее и шепчу о том, что люблю ее. Я же правда люблю… Что уж таить.

А потом бегу обратно к папе! Лежит на кровати, смотрит что-то в телефоне. Как зарядила бы подушкой!

– Я же уже сказал… У тебя амнезия? Я отведу тебя к знакомому врачу, он пропишет хорошие таблетки для памяти.

– Папа, – рычу теперь я на него, и он смеется! Как будто весело, блин! Я тут сгораю от любопытства, а ему весело.

– Ну что значит «кто она»? Кто?

– Чей поцелуй на щеке, не издевайся! – Глаза закатываются автоматически, я уже и забыла, каким иногда невыносимым может быть этот человек.