Невеста Моцарта

Посидим в кафе, познакомлю её с Бринном.

Я натянула джинсы, убрала волосы в узел, плотно позавтракала, попутно изучая копии архивных документов особняка, что привезла от мамы, и… неожиданно получила отказ от Антона.

— В смысле ты занят? — включив телефон на громкую связь, возмущалась я.

И Бринн, конечно, мягко пояснил, что Моцарт платит ему не за то, что он со мной дружит, у него есть дела. Вернее, он ничего такого и близко не сказал — это я со злости так услышала слова, что он сегодня работает.

Но, может, оно и к лучшему. Прижав к себе папку, я смотрела на Ивана, что галантно открыл мне дверь машины. Теперь бы определиться куда сначала ехать.

Оказалось, Карина — вариант не на сегодня. После перелёта бедняжка ловит страшные джетлаги, её крепко накрыл десинхроз после смены часовых поясов. Канцтовары, решила я, тоже подождут: зачем покупать что-то, если не знаешь, что именно нужно.

Блин, ну зачем я такая рациональная?

Недолго поколебавшись, я назвала Ивану адрес особняка.

После вчерашних разговоров с Моцартом я поняла одно: дело не в том, что у нас разница в возрасте, а в том, что я в принципе слишком юна. Неопытна, не успела вкусить прелести жизни и молодости, а он не хочет меня этого лишать. Будь мне двадцать пять, а ему сорок семь — это многое бы изменило. Но что ж мне теперь, как тому Шарику, потом прибегать? Через год? Через пять?

И, выйдя из машины у развалин особняка, я поняла ещё одну вопиющую вещь: почему он так настойчиво «сводит» меня с Бринном. Чёрт побери, он его не боится! Как и Артура. Не считает соперником. Уверен, что Бринн не позволит себе лишнего. И неважно есть у него девушка или нет — ему всё равно никогда не быть моим парнем. Чёртов сраный хитрый Моцарт!

— Осторожно! — подхватил меня Иван, когда я чуть не навернулась с шаткой доски.

Сильная мужская рука. Знакомый запах парфюма. Не мускусно-мужской, как у Моцарта, от которого неистово тянет сношаться даже бабочек в животе. А лёгкий дымно-древесный, к которому я уже успела привыкнуть в машине. И только сейчас поняла, что так пахнет вовсе не салон.

— Это, видимо, те доски, что привезли строители, — чтобы скрыть неловкость, сказала я вслух и тут же увидела мешки. — А вот и цемент.

Стройматериалы защищали от дождя уцелевшие перекрытия второго этажа. Там же на стене я нашла и сохранившуюся часть герба. А ещё кучи мусора, экскрементов, подозреваю, человеческих — тут явно справляли нужду как в придорожном леске у трассы, — вонь, сорняки, что на щедро удобренной площади выросли по пояс, вездесущие надписи из баллончиков с краской. Я честно, не понимала, как отец повёлся на этот хлам.